Книга Наследница Джасада, страница 181 – Сара Хашем

Жгучая борода Ровиала, сколько сил он потратил на мое исцеление?

— У тебя есть неприятная привычка чуть ли не умирать, – сказал Арин, когда мы сели напротив друг друга.

— Дважды – это не привычка. – Я постучала пальцем по груди в том месте, где еще недавно торчал клинок Сорайи. – Полагаю, я должна поблагодарить тебя за мое исцеление?

— Мне пришлось делать это постепенно, – выдохнул Арин. – Пришлось подождать, пока ты не придешь в себя настолько, чтобы твоя магия начала реагировать. Два дня я просто ждал, сжимая твою руку.

Два дня?

По моим рукам пробежал холодок. Сорайе почти удалось меня убить.

— Но как тебе удалось? Разве тебе не хотелось убить меня, когда ты касался моей магии? – Я удивленно подняла брови.

— Это желание обжигало меня каждую секунду, когда я прикасался к тебе, – ответил он. – Это было гораздо труднее, чем я ожидал. Она нанесла довольно значительный ущерб.

Дрожа, я отбросила мысль о том, насколько близко я была к смерти.

— Спасибо тебе.

— Не надо, – оборвал меня Арин. – Оставь свою благодарность при себе. Тебя спасла удача.

Я никогда еще не видела его таким взволнованным. Но это не удача залечила дыру в моей груди.

— Ты поймал ее? – задала я самый важный вопрос, и Арин перевел свой взгляд куда-то над моим плечом.

— Она сбежала.

Я стиснула зубы, подавляя поток проклятий, но небольшая часть меня расслабилась от облегчения. Сорайа была для меня так же мертва, как и до банкета.

— Мы поймаем ее во время Алкаллы. Ее и остальных муфсидов.

— Почему ты не сердишься? – рявкнул Арин. – Ты чуть не умерла, чтобы дать мне время поймать ее, а я потерпел неудачу.

Даже в хороший день я могла выжать из наследника Низала лишь одну-две заметные эмоции, такие как небольшая улыбка или закатывание глаз. Он всегда был сдержан, словно напряженная сжатая пружина.

Теперь я понимала, что синяки под его глазами были не единственными признаками его усталости.

— Полагаю, ты достаточно наказал себя сам. Если кто и виноват в этом, то только я. Я позволила какой-то служанке всадить кинжал в мою грудь. Она напустила на себя чары, а я даже не подумала проверить.

— Просто чтобы внести ясность, – сказал Арин голосом, полным недоверия. – Ты недовольна лишь тем, что каким-то образом не смогла разгадать намерения служанки, которую ты впустила в свои покои после того, как я тебя об этом попросил?

Я уже открыла рот для того, чтобы ответить, но поняла, что мне придется быть крайне осторожной, разглашая информацию о Сорайе. Одна незначительная деталь могла стать для Арина ключом к разгадке моей личности.

— Она хотела узнать, злишься ли ты на нее до сих пор, – сменила я тему. – На что ты должен злиться?

Откинувшись назад, Арин снова отвел взгляд, и, огорченная, я встала на ноги.

— Что ты скрываешь? – спросила я, но предупреждение в его хмуром взгляде было очевидно.

— Оставь это.

Оставь?

Желая унять бунтующую во мне магию, я стала расхаживать по палатке, совершенно не понимая своей реакции. По сути, ничего не изменилось. Арин по-прежнему хранил свои секреты, две группировки джасади пытались восстановить Джасад, и я была заодно с Арином для того, чтобы остановить их. Он никогда не притворялся кем-то другим. Это у меня не было чувства собственного достоинства. Ханым и Арин знали мою слабость и знали, что правильные руки могут превратить меня в оружие.