Книга Наследница Джасада, страница 132 – Сара Хашем

— Я приму твой вернувшийся энтузиазм к подтруниванию, как хороший знак.

Наши колени столкнулись, и я поправила поводья, увеличивая пространство между нашими лошадьми. Мы проехали мимо того места, где, уже ставшая гниющим призраком, Ханым украла несколько лет моей жизни, и чем дальше мы уезжали от Махэра, тем сильнее становилось ощущение, что я никогда больше сюда не вернусь. Вероятность того, что я погибну в лесу Аюме в Орбане во время первого же испытания, была невероятно высока, и от этих мыслей мое дыхание участилось, вырываясь наружу белыми струйками пара. Я погибну на Алкалле как чемпион Низала и встречу свою погибшую семью в цветах врага.

— Мне всегда нравилась архитектура, – внезапно признался Арин. – В юности я изучал эскизы Цитадели и других дворцов.

От столь простого разговора я покраснела от смущения, а Наследник продолжал смотреть вперед.

— Архитектура? – переспросила я.

Это занятие для людей, внимательных к деталям. Оно достойно человека, который однажды потратил сорок минут на то, чтобы все стрелы в колчане лежали одна к другой.

— Архитектура Уср Джасада вызывала во мне особый интерес, – сказал Арин, направив своего коня в сторону от мертвой птицы. – Уср Джасад был настоящим чудом, и без магии его южное крыло точно рухнуло бы. – Он покачал головой. – Жаль, что мы его потеряли.

Я не могла поверить своим ушам.

— Жаль, когда ломается колесо телеги, или жаль прийти домой и обнаружить, что самые вкусные фрукты уже съедены до тебя, а то, что случилось в Джасаде, – это зверство.

— То, что произошло в Джасаде, было вполне заслуженным, – не раздумывая произнес он, и я натянула поводья своей лошади, останавливаясь.

— Заслуженным? Твой отец наслаждался, превращая Джасад в руины. Когда он ровнял дворец с землей, тебе следовало упомянуть о том, что дворец тебе нравится. Возможно, тогда он бы сохранил для тебя часть южного крыла. – Ярость натянула мои браслеты и вонзила свои острые когти в мой череп.

Я вновь испытала горе, ярость и страх.

В дюжине футов от меня Арин тоже развернул своего коня. Поджав губы, мы спешились одновременно, и я услышала, как над нами пронзительно закричала одинокая птица, закружив вокруг.

— Ты не имеешь ни малейшего представления о том, что произошло в Джасаде.

— Правда? – Я сжала руки в кулаки. – Ну, просвети меня. Возможно, было еще какое-то королевство, которое опустошил твой отец?

Самая темная зимняя ночь не могла сравниться с холодом в голосе Арина:

— Я достаточно долго позволял тебе упорствовать в своих иллюзиях, но мы не аморальные палачи, а джасади далеко не невинны.

На этот раз я перестаралась. Легкое раздражение, которое проявлялось в нем всякий раз, когда я оскорбляла его отца или Низал, наконец-то достигло апогея.

— Знаешь ли ты, что Малик Нияр во время территориального спора возглавил набег через Эссам на южные земли Лукуба и использовал магию как оружие, чтобы задушить молодых лукубских солдат, спавших в это время в своих палатках. Слышала ли ты о том, что Малика Палия наложила чары на омалийские поля, чтобы сгноить их урожай и заразить скот? Целые деревни тогда вымерли от голода.

— Прекрати! – вскрикнула я. – Ложь ниже твоего достоинства.

Но мой крик еще больше разозлил его, и мне пришлось подавить инстинктивное желание отпрянуть.