Книга Последняя надежда Этэры, страница 66 – Алекс К. Уиллис

Роман, сидевший напротив, сгорбившись и глядя в огонь, неожиданно для себя поднял голову.

— Он… не робот, – тихо, но четко произнес он. – Он просто… хочет, чтобы мы выжили. По-настоящему.

Алиса удивленно подняла на него бровь. Это была первая за сегодняшний день нота несогласия между ними.

— И что? Мы и так выживаем.

— Нет, – Роман покачал головой, его взгляд был серьезным. – Мы до сих пор просто убегали и уворачивались. А он пытается научить нас не убегать, а действовать. Чтобы нам не пришлось просто выживать. Чтобы мы могли что-то изменить.

Он не знал, откуда в нем взялись эти слова. Возможно, из той самой, выстраданной в темноте с завязанными глазами капли уверенности. Возможно, из памяти о том, как Марк, прикрывал их сегодня во время тактических упражнений.

Алиса хотела что-то возразить, но замерла, увидев его выражение лица. Это было не желание спорить, а попытка донести. Она промолчала, откинувшись на ящик, и вновь принялась неосознанно тереть запястье левой руки. Кожа там была красной и раздраженной, а пальцы слегка подрагивали от перенапряжения – плата за десятки не точных, дерганых телепортаций.

Роман заметил это движение. Он посмотрел на ее руку, потом на свое собственное запястье, где тоже оставался след от браслета. Он вспомнил долгие фото-походы, когда после целого дня с тяжелым объективом руки немели и болели. Он вспомнил, как сам себе разминал пальцы и кисти, чтобы снять напряжение.

Не говоря ни слова, он встал, обошел костер и сел рядом с ней на корточки.

— Дай-ка, – просто сказал он.

Алиса с удивлением посмотрела на него, но инстинктивно протянула руку. Ее пальцы были холодными.

Роман взял ее кисть в свои руки. Его прикосновение было неожиданно уверенным. Большим пальцем он нашел напряженную точку у основания ладони, под большим пальцем, и начал аккуратно, но настойчиво ее разминать. Потом прошелся по каждому пальцу, от основания к кончику, осторожно их проминая.

Алиса сначала вздрогнула от неожиданности, затем ее тело постепенно начало расслабляться. Она закрыла глаза, тихо выдохнув.

— О… А ты знаешь толк, – прошептала она, и в ее голосе впервые за сегодня не было ни капли иронии или раздражения.

— После долгой съемки тоже сводит, – так же тихо ответил Роман, не прекращая массажа.

Он чувствовал, как мелкая дрожь в ее руке понемногу утихает. В воздухе повисла пауза. Но она не была неловкой. Она была наполненной тихим пониманием, общим утомлением и странным чувством облегчения, которое приходит, когда кто-то разделяет твою боль, даже такую маленькую.

Он закончил, но не сразу отпустил ее руку, да и она не торопилась ее забирать. Их взгляды встретились. В его глазах не было смущения, лишь тихая сосредоточенность и вопрос: «Помогло?». В ее – не было насмешки, лишь усталая благодарность и удивление. В этом молчаливом обмене не было места романтике – лишь глубокая, простая человеческая связь. Они были двумя островами в бушующем океане, и они только что набросали между собой первый, зыбкий мостик.

Роман медленно отпустил ее руку и вернулся на свое место. Никто ничего не сказал. Алиса перестала тереть запястье. Она просто сидела, глядя на огонь, и на ее лице играла легкая, задумчивая улыбка.

Костер потрескивал. Где-то в вышине гудел ветер. А в ангаре, среди ржавого железа и теней, рождалось нечто новое. Не просто союз поневоле. Не просто команда. Рождалось доверие. Первая, хрупкая и от того еще более ценная искра.