Книга Последняя надежда Этэры, страница 157 – Алекс К. Уиллис

— Но мы внутри него! – выкрикнула Алиса, отчаянно оглядываясь. – Взорвем реактор – и нас разнесет в пыль вместе с ним!

— Есть иной путь? – спросил Марк, глядя на нее. – Он выстрелит в Землю. Миллиарды людей. Наши дома. Наши семьи. Твои, мои. – Он перевел взгляд на Романа. – Твои.

Роман молчал. Он чувствовал, как «Жнец» снова просыпается, но теперь его «взгляд» был устремлен в другую сторону – туда, где висел голубой, безмятежный шар, не подозревающий о надвигающейся гибели. Он чувствовал легкое, едва уловимое присутствие Арбитра – не уставшее, а холодное и расчетливое. Их диалог был тактическим ходом. Не более.

Решение было ужасным и неизбежным.

— Самоубийство, – прошептала Алиса, и в ее голосе не было вопроса, лишь горькая констатация.

— Жертва, – поправил ее Марк. Он выпрямился во весь рост, отбросив боль. Его лицо стало маской решимости. – Это мой долг. Я солдат. Моя задача – защищать. Сначала вас, потом Этеру. Теперь – Землю.

Он посмотрел на них, и в его взгляде была не только суровая решимость, но и прощание.

— Бегите. Это мой шанс… закончить дело. Прикрыть отход.

— Нет! – резко сказала Алиса, ее глаза блестели. – Мы не оставим тебя!

— Вы должны! – голос Марка прозвучал как удар хлыста. – Один из нас должен донести правду! О рифтах! Об Арбитре! О том, что здесь произошло! Иначе все это… все смерти… будут напрасны!

Он шагнул к реактору, к пульсирующему сердцу чудовища.

— Я использую последние силы. Создам резонанс в его ядре. Это… должно сработать. – Он обернулся к Роману. – Парень, ты нашел другой путь. Ты попытался. Но иногда… иногда нужно просто уничтожить монстра. Забери ее. И беги.

Роман смотрел на него, и сердце его разрывалось. Он понимал. Он понимал все. Это был выбор солдата. Выбор человека, для которого долг был не словом, а сутью бытия.

Алиса сжала его руку, ее пальцы были ледяными. Она плакала, но кивнула. Она тоже понимала.

Принятие решения было молчаливым и тяжелым, как свинец. Они проиграли свою последнюю битву за диалог. Теперь оставалась только одна, отчаянная тактика – жертва.

Слова Марка – «Бегите. Это мой долг» – прозвучали с такой неоспоримой, гранитной твердостью, что возражения застряли в горле. Это был не призыв к обсуждению. Это был приказ. Последний приказ.

Он не ждал ответа. Развернувшись, он шагнул к пульсирующему сердцу «Жнеца» – гигантскому сферическому реактору, который снова начинал испускать зловещий, нарастающий гул. Энергия перенаправлялась, и в воздухе уже витал новый, чужой запах – запах далекой, беззащитной Земли.

Марк остановился в нескольких метрах от эпицентра. Он был похож на древнего воина перед решающей битвой, истекающего кровью, но не сломленного. Он обернулся к ним в последний раз. Его лицо, испачканное сажей и кровью, было обрамлено запотевшим стеклом маски, но глаза… его глаза были чистыми и ясными. В них не было страха. Лишь спокойная, абсолютная решимость и… прощание.

— Расскажите им… что мы пытались, – сказал он, и его голос, искаженный комом, прозвучал на удивление мягко.

Затем он повернулся к реактору, широко расставил ноги, упираясь в пол, и поднял свою единственную, здоровую руку. Он закрыл глаза, отсекая все внешнее – боль, страх, сожаление. Он собрал в кулак всю свою волю, всю свою ярость, всю свою несгибаемую силу, которая определяла его всю жизнь. Он думал о Земле. О синих океанах, зеленых лесах, о миллиардах людей, которые даже не подозревали, какую цену за их будущее он платит сегодня.