Книга Пилигрим, страница 277 – Денис Бурмистров

Икс-джин разом сжался, словно из него выпустили весь воздух, вместе с ним уменьшился Такрикас, и стало видно фигуру человека, сидящего на коленях и пытающегося закрыть собой остальных от чего-то, что он прижимал к груди. Из-под его пальцев полыхнуло пламя, в разные стороны выстрелили алые языки. Начал нарастать протяжный вой, существо с «Каукета» затрясло, будто оно пыталось удержать рвущегося пса.

Гарин сделал широкий шаг к Кире, схватил девушку за эвакуационную петлю на загривке скафандра и быстро потащил за собой, спеша укрыться за поворотом.

Взрыв был практически бесшумным, словно слопнул большой мыльный шар. Но коридор на секунду осветило таким ярким светом, что все пространство сделалось контрастным. Резко и болезненно скрипнули переборки, заискрили оплавившиеся кабели на стене. Гневно зашипела противопожарная система, засыпав все гранулами желеобразного реагента.

— Элли… Жива? — вдруг подала голос Аоки.

Гарин присел рядом с девушкой, заглянул в лицо:

— Пока не знаю. Ты сама как?

Кира поморщилась, дернула бровью.

— Судя по отражению в твоем шлеме — бывало и лучше.

— Сейчас.

Юрий раскрыл наручный медкомплект, вытащил тубус шприц-тюбика. Секунду искал целый разъем на скафандре Аоки, наконец, присоединил тубус к шунту на бедре девушки. Кира чуть дернулась, когда игла пробила мембрану и вошла в мышцу, проговорила сквозь зубы:

— Не так я представляла наше уединение.

— Береги силы, — Юрий торопливо поднялся. — Я скоро.

Он почти ушел, когда Аоки спросила со слабой насмешкой:

— Где мои обещанные уши, доно?

Пол, стены и потолок казались белесыми от осевшего на них серого пепла. Само пространство словно раздвинулось в стороны, выгнувшись от эпицентра взрыва. Ни следов эфира или Такрикаса, лишь черное обугленное пятно на полу.

Юрий вызвал медбригаду, отмечая, что Кира каким-то чудом успела перетащить все еще бесчувственного вахтенного к каюте Элли — должно быть, намеревалась запереть его внутри. Матрос все еще пребывал без сознания, но желтый мигающий огонек на воротнике кирасы говорил о том, что тот еще жив.

Гермостворка, деформированная взрывной волной, поддалась не сразу. Юрий поддел заевший механизм плечом, дернул в сторону и ввалился внутрь.

Белый транспортный кокон с Элли лежал там же, где его и оставили. Спящая девушка выглядела встревоженной, ее лоб прочертила морщина.

— Элли, — Юрий сбросил шлем, склонился над коконом. — Ты слышишь меня?

Глаза под закрытыми веками задвигались, словно девушка действительно смотрела на Гарина.

— Давай, родная, выплывай, — попросил Юрий. — Самое время!

Элли никак не отреагировала, индикаторы состояния не уловили ни малейшего изменения.

— Ты ведь все видишь, да? — вновь спросил Юрий. — Спасибо, что помогла. Но здесь ты пригодилась бы больше, слышишь? Давай же! Возвращайся!

За спиной прошелестело, и Юрий развернулся, вскидывая оружие.

На него смотрел испуганный матрос в форме медслужбы. Мимо него, не обращая внимания на застывшего Гарина, протиснулся Тэ Иревиа в своем некогда белом халате, бросил быстрый взгляд на Элли, проскрипел:

— Мне бы такую безмятежность, — он поднял свои подернутые молочной дымкой глаза на Гарина. — Мне следует беспокоиться за господина Грюнера?

Юрий опустил автомат, буркнул:

— Если сможете собрать, — указал рукой в сторону выхода. — Там, за углом, Кира Аоки, ей требуется стабилизация.