Онлайн книга «Равновесие Парето»
|
Да еще и эта долбанная музыка! — Эй! — попытался возмущенно крикнуть я, но меня так резко качнуло, что я закашлялся и отчаянно замахал руками, силясь не упасть. Не упал. Спотыкаясь и оббивая ноги об какие-то углы, я на ощупь добрался до двери в кухню, с силой открыл ее. Дверь стукнулась ручкой о стену, резкий звук прострелил голову от уха до уха. Нашел ладонью выключатель на стене, щелкнул. Ничего не произошло. Щелкнул еще раз. Еще. Защелкал зло, выговаривая протяжно: «Ну, давай же». Наконец вспомнил, где я и почему нет света, замычал обиженно и опять же на ощупь добрел до крана. Господи, как же хорошо! Холодная струя била мне в затылок, пока я стоял, упершись лбом в мойку. Но совсем скоро я перестал это ощущать — кожа онемела. Создавалось впечатление, что с водой в слив ушли боль, сухость во рту и нестерпимый шум в голове. Черт, шум не проходил. А, это музыка. Громкая, заунывная, протяжная музыка из спальни… Я так резко выпрямился, что ударился затылком о кран, поскользнулся и разъехался на полу, задев ногой помойное ведро. Музыка играет в спальне?! Я некоторое время сидел на полу, таращась в темноту и тяжело дыша вмиг пересохшим ртом. В голове все еще гулял хмель, картинка плыла, но некоторые детали реальности встали-таки на свои места. Музыка играла из пустой спальни. Точнее, не играла, а орала, вытесняя, казалось, даже воздух из спящей квартиры. Музыка была всюду, она обволакивала и сжимала, минуя стены и расстояние. Но играла она именно из спальни. Оттуда шел самый громкий звук. Осознав это, я попытался понять, что же мне делать дальше. Но мысли упрямо ускользали от меня, вытеснены звучащей какофонией. Единственной из них, которая то и дело всплывала откуда-то из глубин, была: «И что делать?». Что делать? Снимать штаны и бегать! Вот что делать… Я уставился на свои белеющие в темноте голые ноги, уходящие прямо из штанин семейных трусов куда-то в непроглядную черную даль. И глупо захихикал — я даже штаны снять не могу. Я уже без штанов! Странно, но мне как-то стало спокойнее. Возможно, опьянение вернулось в шокированный адреналином мозг. — Какого хрена, — мне срочно захотелось разобраться с проблемой. Вот немедленно, прямо сейчас. А самое замечательное — пропал страх. Я не стал пытаться встать одним махом, осторожно поднялся сначала на колени, потом, держась за стенку, в полный рост. Вспомнил, где видел накануне столовые ножи, полез в сервант. Надо же, я уже относительно неплохо ориентируюсь в темной квартире! С ножом в вытянутой перед собой руке, словно со шпагой, я двинулся обратно в комнату. Как же громко! Но я оказался прав, играл действительно романс. Или нечто похожее на романс, но звук шел дребезжащий, как в кино от патефонов. Женский голос что-то печально вытягивал, но слов я разобрать не смог, словно пели ничего не значащий набор фраз и слогов. Резали по ушам скрипки, гулко отдавались в голове фортепьянные партии. Что ж она все не кончается и кончается! — Эй! Кто здесь! — заорал я, но мой голос потонул в очередном соло певицы. Мрачный, напоминающий черный провал выкопанной могилы, проем двери в спальню приближался. Шаг. Еще. Черт, все-таки страшно. Ох, как не вовремя затряслись коленки. Проем был уже в метре. Казалось, еще шаг — и я воткну нож в эту осязаемую темноту, плотной занавесью преграждающую путь к свету. Но нет никакой занавеси, придется погружаться в эту бездну. А что дальше? Что я буду делать дальше? |