Книга Хроника посещения (сборник), страница 50 – Олег Бондарев, Дмитрий Силлов, Вадим Филоненко, и др.

Возле ржавой рельсы лежал объект 19-А, в простонародье «смерть-лампа». А рядом с ней, отсвечивая керамическими боками, несколько туго завинченных продолговатых контейнеров для сбора особо опасных активных форм. В таких можно было переносить даже «ведьмин студень», который шутя проходил сквозь остальные материалы.

Все, что можно переносить в таких контейнерах, а также «смерть-лампа» категорически, под страхом длительного уголовного срока, запрещены к выносу из Зоны. Даже сотрудники МИВК обязаны работать с ними под тщательным присмотром комиссии и лишь после скрупулезного согласования всех форм и видов ответственности.

На сотрудников института эти ребята похожи не были.

— Мужики. – Громов указал ложкой на артефакты. – Дело, конечно, ваше, но я бы не стал брать эти штуки с собой.

— Да мы и не берем, – ответил «старый». – Так просто, нашли и принесли сюда. Сейчас куда-нибудь подальше забросим.

— Угу, – промычал Руслан, дожевывая.

Голод отступил и больше не туманил голову жаждой насытить желудок. Теперь Громов смог более критически разглядеть новых знакомых, оценить их экипировку и лица.

Вся троица была неуловимо похожа друг на друга. Похожие прически, движения, взгляды. Не как у родственников, но как у людей, связанных друг с другом плотными рабочими отношениями. Это очень заметно у тех, для кого спайка коллектива жизненно необходима, – у летчиков, спасательных бригад и испытателей.

А также у некоторых военизированных подразделений, вынужденных полагаться на верное плечо товарища.

Форма больно новая, но это ни о чем не говорит. Рюкзаки не типичные для сталкеров, но тоже ничего из ряда вон выходящего. Нет мелких сумок и мешочков, которые вечно таскают с собой сталкеры. Однако почему бы и нет?

Но вот что действительно бросалось в глаза, так это лица – настороженные, напряженные. То и дело друг на друга смотрят, словно переговариваются безмолвно. И предчувствие нехорошее какое-то, словно вот-вот что-то случится. А тут еще и вертолет вспомнился, и запертая дверь в бункер, и гильзы на дороге…

— Мы тебе поможем, – заверил Громова второй сидящий сталкер и хищно улыбнулся.

Громов отложил пустую банку, натянуто ответил улыбкой. Один из сталкеров как раз скрылся из поля зрения, заходя за спину. Пилот нагнулся, делая вид, что рвет траву, чтобы вытереть ложку.

— А что, мужики, зачем вам в Зоне оружие? – между делом спросил он.

И заметил, как рука «старого» непроизвольно дернулась к поясу.

Громов рванулся вниз и в сторону. Возле самых глаз блеснула сталь, и лицо пронзила резкая боль от полоснувшего ножа. Если бы Руслан промедлил, ему бы перерезали глотку.

Пилот вломился в кусты, не разбирая дороги понесся вперед, смахивая заливающую правый глаз кровь. Позади раздались отрывистые вскрики и ругань. Потом что-то сухо и еле слышно защелкало, на пилота полетели куски коры и срубленные ветки.

— Черт! – Руслан завихлял зайцем, отпрыгнул в сторону и скатился в неглубокий овражек.

В него стреляли и, судя по звукам, из тихого и скорострельного. Пистолет-пулемет с глушителем? Скорострельный пистолет? Да какая, к черту, разница? Бежать! Надо бежать!

Он слышал шум погони и яростные вопли. Преследователи пытались зайти с двух сторон, время от времени стреляя. Несколько пуль прошли в пугающей близости, с неприятным свистом пронзая воздух возле головы. Руслан лишь ошалело бросался из стороны в сторону, отбивая руками несущиеся в лицо ветки.