Книга Фурадор, страница 30 – Денис Бурмистров

Девушка отчаянно брыкалась, мотала головой, пыталась вырваться из крепких мужских рук. Но делала всё это абсолютно молча, даже не кряхтела и не рычала. Это Максимилиану не понравилось, как и то, что он не видел силу, превратившую дом в бедлам.

Блеснула и погасла искра на перемычке «Моста Якоба». Мальчик охнул – знак появился между предпоследними насечками у темного камня.

— Кто-то сильный, – прошептал он, поднимая к ментору устройство, будто тот мог его видеть. – На краю спектра!

И тут Гризельда закричала. Точнее, то был не совсем крик, а нечто иное, нечеловеческое.

Ее притянутая к кровати голова неестественно вывернулась, отчего стало видно закрытое волосами лицо и широкий треугольник подбородка. Подбородок пополз вниз, раскрывая черный зев рта, словно створка опускающегося моста. И оттуда исторгся беззвучный крик, что взорвался яркой вспышкой в мозгу, всколыхнул воздух, разбросал в разные стороны крепких мужиков.

Долетела волна и до экзорциста с учеником, толкнула в грудь, отчего Максимилиан плюхнулся на пол, а Крюгер согнулся к прижатой к полу трости.

— Свет Единый, чистый огонь в бездне ночной, – губы юноши сами собой затараторили молитву. – Прогони тьму, укажи путь!

— Кудагар-Оул-Хаалран, – начал распевать свою Читку Крюгер. – Исто-Иста-Энтабрэ!

— Иссста, – зашипела на вдохе одержимая.

— Голову ей закрой! – заорал один из охранников, вскакивая.

Второй, не боясь помять госпожу, прыгнул на нее прямо с пола, желая замотать ту в помятую простынь. Его товарищ оказался рядом, торопливо забрасывая веревочную петлю вокруг бьющегося тела.

Только мелькнула мысль, что, возможно, все не так уж страшно, как вдруг Максимилиан увидел, как вокруг кровати поднимается венчик полупрозрачных щупалец, словно вокруг рыб, попавших в ловушку актинии.

— Осторожно! – только и успел крикнуть мальчик.

Щупальца сжались. Один из охотников опрокинулся лицом вперед, его припечатало об пол, и из-под маски брызнула кровь. Второго вздернуло в воздух, и его нога болезненно хрустнула.

Гризельда – сжавшееся в комок существо, наполовину опутанное веревкой и простыней, воспарила над кроватью, поворачиваясь вокруг своей оси, будто мясо на шампуре. Следом поползли по часовой стрелке обломки мебели, трещина на стене, с протяжным скрипом сдвинулась кровать.

— «Ловца», живее! – экзорцист толкнул Максимилиана в плечо. – И читай! Читай громче!

Дважды просить не пришлось. Мальчик упал на колени и принялся торопливо чертить мелом пентагему для тактики «Слепой ловец». За спиной скрежетало и выло, орал от боли один из охранников. Пальцы не слушались, мел крошился, и звезды с треугольниками выходили хоть и завершенными, но кривыми.

— Читай! – рявкнул Крюгер, болезненно пиная его по ребрам.

Максимилиан затараторил Читку, да так ясно и быстро, как никогда ранее. Слова Резонанса сливались с пустыми слогами с минимальными паузами, интонация и ударения менялись точно по Канону – наверное, ментор сейчас мог бы гордиться учеником.

Но экзорцисту было не до этого. Вся старческая дрожь главного фурадора Ноиранта разом исчезла, пальцы обрели точность и силу, в глазах зажегся холодный огонь. Прежде чем ученик завершил приготовления к обряду, Крюгер дочитал свои Слова, вслепую вытащил из ляписа два самоцвета – белый и красный. Как только плоть реальности перед ним разошлась, являя истинный лик многорукой твари, швырнул камни прямо в него.