Книга Лекарь для хана, страница 105 – Галина Погорелова

В дверном проеме стоял Борчи.

Визит старика не удивил – скрыть от него случившееся я и не рассчитывала. Да и на что вообще надеялся хан, требуя от меня конфиденциальности в этом дворце? Должен же он был понимать: как минимум от одного участника нашего тайного кружка прикрыть случившееся не выйдет.

А вот чего я не планировала, так это того, что Борчи явится с пылу с жару и лишит меня возможности отоспаться.

Но оно и к лучшему – я не успела остыть. И хоть сосредоточиться было трудно, мысли путались из-за истощения, раздражения и злости от этого только прибавилось.

Да, я пока не видела всей картины целиком и уж точно не видела ее глазами старика, но общие черты уже начинали складываться. И пусть только этот шайтан попробует снова таиться. К тому же мое измотанное состояние притупило страх перед ним. Так что теперь доиграться рисковал и он.

Борчи же и сам хорош – давал повод: вместо того чтобы поинтересоваться моим самочувствием, он, не моргая, разглядывал перепуганную Гульнару.

Впрочем, я нашла в этом и свою выгоду: теперь-то он не отвертится.

И так было понятно – девчонка давно входила в его планы. Я догадывалась о чем-то таком еще после нашей встречи в степи, туманных объяснений Темира и того, как неохотно с нее сошла моя чернота, оставив след. А интерес к ней хана и ее участие в «лечении» только подтвердили опасения. Борчи подослал ее ко мне не просто для того, чтобы заставить меня вернуть утраченные способности. Интуиция, а может, и сам дар, подсказывали: причина куда проще.

Не исключено, что именно она, безродная сирота из ставки Хасана, и была всему виной.

— Выйдите обе! – мне пришлось прервать затянувшиеся гляделки и выставить Умай с Гульнарой вон. – А ты, Борчи, проходи.

Он наконец перевел взгляд. Но лишь когда мы остались вдвоем, соизволил приблизиться и присел у меня в ногах.

Тут и я немного растеряла кураж, поежившись. Света в спальне по-прежнему не хватало, и мне в который раз показалось, будто любые лучи, будь то от солнца или от свечей, избегают старика. Он и сейчас словно тонул в тени. Но в его лице я уловила что-то странное – то, чего прежде за время нашего недолгого знакомства не замечала.

Непонимание… Борчи выглядел растерянным. Или даже грустным.

— Почему не пришел сразу, когда был нужен? – подбодрив себя злостью, я пошла в наступление. – Ты же хана чувствуешь, ведь так?

— Так.

— И от тебя ничего не утаишь? Все ты знаешь?

— Если бы, Айше, – тихо перебил он, и я уже без сомнений уловила в его голосе грусть. – Не такой я и всесильный. А что пыль в глаза пускаю – так это полезно. Сама поучись.

Я рассеянно ткнула пальцем ему за спину, туда, где еще минуту назад стояла Гульнара.

— Про нее что расскажешь? Ведь это она тебе нужна. Не я.

— И ты, и она, – опять не промолчал старик. – Обе вы важны, только не так все, как мне думалось.

Зато мне уже думалось предельно ясно.

— Ах ты шайтан степной! – я подалась вперед, поморщившись от боли. – Ты что же и правда ради нее старался?!

— Тише.

— Не буду я тише, – но голос все-таки пришлось понизить, чтобы окончательно не перебудить весь дворец. – А ну отвечай: под хана ее подложить решил?!

— Айше.

— Что «Айше»? Ты прямо отвечай!

— Надо так.

— Борчи!

— А как еще? – все же уступил он. – Как, по-твоему, я бы их свел? Нашего правителя и ее… – взгляд старика иронично мазнул по двери и убежал куда-то вверх. – Не самую завидную, да и не самую умную кыз из степи. Ее бы и на порог Берке не пустили...