Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 81 – Кристина Юраш

Мелли, боясь дышать, провела пальцами по ткани сорочки. Я прислушивалась к своим ощущениям.

Ничего. Чуть ниже.

Тишина. Только моё тяжёлое, прерывистое дыхание.

Ещё ниже.

И там снова вспыхнуло тепло. Слабое, едва различимое, мимолётное, но настоящее. Прикосновение.

— Здесь! — выдохнула я.

Мелли замерла. Её глаза расширились.

— Я только коснулась, госпожа!

— Я почувствовала, — прошептала я, и слезы потекли по моему лицу.

Горничная посмотрела на Вейрена. Потом на меня. Губы у неё задрожали, глаза мгновенно наполнились слезами.

— Вы почувствовали меня…

— Не радуйтесь раньше времени, — оборвал её магистр, хотя в его голосе проскользнула тень интереса.

— Она почувствовала! Разве это не повод для радости⁈

— Один участок кожи. Один раз. После сильнейшего магического раздражения. Это рефлекторный отклик, а не восстановление функции.

— Но почувствовала же! — спорила Мелли.

Вейрен бросил на неё строгий взгляд, от которого горничная тут же прижала свободную руку ко рту, подавив рыдание.

— Если вы будете мешать, я выставлю вас за дверь. И без права вернуться. Мне тут утешители не нужны.

Он снова повернулся ко мне.

— Ощущение сохраняется?

Я прислушалась к телу, пытаясь удержать это эфемерное чувство. Горячее пятно медленно угасало, растворяясь в общей боли.

— Уже почти нет, — прошептала я, а надежда внутри угасла.

— Это ожидаемо.

— Хорошо или плохо? — встревоженно спросила я.

— Это отклик. Канал жив. Он не мертв, он… назовем это понятным словом… Он спит.

— Вы опять ничего не отвечаете прямо, — вздохнула я, переводя дух от боли.

— Потому что вы всё время задаёте вопросы, на которые пока нет точного ответа. Медицина — не гадание на кофейной гуще, мисс Моллард.

Он поправил положение верхнего кристалла. Свет в нём стал агрессивнее, резче.

— Сейчас будет хуже.

— Куда уж хуже? — запаниковала я, облизывая пересохшие губы.

— Вы удивитесь.

Я удивилась.

Следующие несколько минут превратились в сплошной белый грохот. Боль больше не приходила отдельными ударами. Она поселилась внутри, заполнила всё от лопаток до живота, вытесняя мысли, чувства, само существование. Мне казалось, что я кричу, но собственного голоса не слышала. Только шум крови в ушах и сухие, отрубленные команды Вейрена:

— Держите плечи.

— Не позволяйте ей поворачиваться.

— Ещё немного.

— Не теряйте сознание, мисс Моллард. Если упадёте в обморок, я буду будить вас болью.

Я уже ненавидела его. Его спокойный голос. Его тонкие, хищные пальцы. Его проклятые кристаллы. И особенно слово «немного», которое для него означало еще одну попытку, а для меня — пытку.

В какой-то момент, когда боль отступила на секунду, давая передышку, я распахнула глаза и увидела герцога.

Он всё ещё стоял у окна.

Не ушёл.

Не отвернулся.

Лицо его было неподвижным, маска из льда и камня, но на виске вздулась тёмная вена. Руки, скрещённые на груди, сжимали предплечья так сильно, что ткань сюртука натянулась на костяшках, побелевших от напряжения.

Я не знала, зачем он смотрит.

Чтобы убедиться, что деньги тратятся не зря? Чтобы потом не испытывать угрызений совести, если я сломаюсь окончательно? Или просто потому, что обещал не отдавать больше ни одного дня и теперь считал своим долгом видеть, какой ценой мне возвращают хотя бы часть прежнего здоровья?