Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 62 – Кристина Юраш

Его глаза стали холоднее, бирюзовый цвет потемнел, уходя в цвет морской пены перед штормом.

— Я дал слово.

И всё.

Ни оправданий. Ни напоминания о том, что этот брак навязан ему королём и обществом. Ни намёка на то, что он считает это временной, тягостной обязанностью. Просто: «Я дал слово».

Я снова посмотрела на бумагу. Почему-то именно эти три слова убедили меня сильнее, чем сухие подписи, печати и длинные юридические формулировки. Он был человеком, чьё слово весило больше, чем пергамент.

Секретарь подал мне перо.

— Здесь, мисс Моллард. И на последней странице.

Я обмакнула перо в чернила. Первая буква вышла кривой, чернила расплылись на бумаге маленьким чёрным пятном, похожим на каплю крови.

Флорис Моллард.

Я подписала первый экземпляр. Потом, перехватив дощечку дрожащей рукой, второй.

Секретарь промокнул подписи песком, стряхнул его в специальную баночку и передал бумаги герцогу.

Тот даже не стал перечитывать. Быстро, размашисто поставил своё имя, вернул один договор мне, второй — секретарю.

— Готово, — произнёс седой мужчина, закрывая папку с щёлкающим звуком.

Мама шумно выдохнула, плечи её опустились. Кажется, только сейчас она окончательно поверила, что я действительно стану герцогиней. Что всё, чего она так жаждала, случилось.

— Что ж, — сказала она, расправляя плечи и принимая позу триумфатора. — Теперь нам следует обсудить приготовления к свадьбе. Две недели — совершенно недостаточный срок, но если обратиться к мадам Лериш, она сможет…

— Теперь вас перенесут в карету, — сказал герцог, игнорируя слова мамы.

Я посмотрела на него.

— Сейчас?

— Сейчас.

Мама застыла, её рот приоткрылся.

— В какую ещё карету?

— В мою. Я распорядился взять карету для перевозки мебели и переоборудовать ее под перевозку раненой.

— Но Флорис останется здесь до свадьбы! Так принято! Невеста должна покидать родительский дом только после церемонии, иначе это дурной знак!

— Ваша дочь не останется здесь ещё на одну ночь.

Он сказал это негромко. Без повышения голоса. Но в комнате сразу стало тихо, словно он забрал весь воздух.

Мама прижала руку к груди.

— Что вы хотите этим сказать?

— Именно то, что сказал. Магистр Вейрен ждёт. Комнаты подготовлены. Карета приспособлена для перевозки раненых. Через несколько минут мы уедем.

Я посмотрела в коридор, на широкие жёсткие носилки с ремнями.

Сердце снова забилось быстро, отдаваясь пульсацией в висках.

Уедем.

Не когда-нибудь после свадьбы. Не через две недели, пока мама будет выбирать кружева. Сейчас.

— А мои вещи? — спросила я, пытаясь унять дрожь в голосе.

— Слуги соберут необходимое.

— Мелли едет со мной! — тут же заявила я. Если я оставлю Мелли здесь, мама отыграется на ней.

Она вообще ее терпеть не может. И постоянно гоняет туда-сюда, получая от этого какое-то странное удовольствие. Ей нравилось наблюдать, как Мелли мечется между обязанностями, пытаясь успеть и там, и здесь. И я никогда не понимала, в чем причина.

Герцог перевёл взгляд на горничную.

Она стояла возле стены, прижимая к груди поднятый с пола гребень, словно только сейчас вспомнила, что всё ещё держит его в руках. Её глаза были огромными, испуганными.

— В договоре ваша служанка не указана, — заметил он.

Я почувствовала, как надежда снова качнулась, угрожая разбиться.