Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 151 – Кристина Юраш

До комнаты мы добрались незамеченными. Дом спал, погружённый в свои тайны.

Мелли закрыла дверь нашей спальни, вернула кресло к кровати и приготовила пересадочное полотно. Я попыталась помочь руками, отталкиваясь от подлокотников, но сил почти не осталось. Руки были ватными.

Перемещение оказалось мучительным.

Стоило Мелли приподнять меня, как позвоночник вспыхнул огнём. Я прикусила губу, чтобы не закричать, чтобы не разбудить весь дом. Во рту появился металлический привкус крови. Я прокусила язык.

— Вам больно, — испуганно прошептала она, чувствуя, как моё тело обмякло.

— Уже почти закончили. Терпи.

— Нужно позвать лекаря. Немедленно.

— Нет.

— Госпожа…

— Если станет хуже, позовём утром. Сейчас я хочу просто лечь.

Мелли осторожно уложила меня на кровать. Поправила ноги, которые лежали неестественно ровно. Укрыла одеялом, подложила валики под спину, разгружая поясницу. Её руки дрожали.

— Я останусь рядом. На стуле.

— Иди спать. Тебе нужно отдыхать, — возразила я.

— Не пойду.

— Тогда хотя бы ляг в соседней комнате, за ширмой. Если понадобится, я позову. Колокольчик рядом.

Она долго не соглашалась, кусая губы, но в конце концов ушла за ширму, оставив дверь между комнатами открытую.

Я закрыла глаза.

Тело гудело от усталости. Каждая клетка требовала покоя. Боль в спине постепенно превратилась в тяжёлое пульсирующее пятно, которое затмевало всё остальное. Мысли путались: подсвечник, книга, украшение Глории, ключ, тёмный коридор, шаги управляющего.

И Руаль, снова сидящий в холодной башне без одеяла. Зачем? Что он искал в этой пустоте?

Я не заметила, как уснула. Сон был чёрным, без сновидений.

Проснулась от боли.

Не привычной боли между лопатками. Не жжения в пояснице.

Болели ноги.

Я открыла глаза.

Комната была погружена в предрассветную темноту. За шторами едва серело небо, окрашиваясь в грязно-розовый цвет. Несколько секунд я не понимала, что происходит. Лежала, слушая тишину.

Ниже пояса всё гудело.

В бёдрах, коленях и икрах тянулись раскалённые нити. Они пульсировали, переплетались, обжигали изнутри. Казалось, кто-то пропустил через ноги сотни тончайших проволок, нагрел их докрасна и теперь медленно затягивал, стягивая мышцы.

Я судорожно вдохнула. Воздух был холодным.

Боль была дикой. Невыносимой.

Но ещё страшнее было другое.

Я её чувствовала.

После падения арки мои ноги оставались пустотой. Чёрной дырой. Я могла смотреть, как Мелли касается их, переворачивает, укрывает, и не ощущать почти ничего.

Теперь одеяло давило на кожу.

Я чувствовала его вес.

Чувствовала тепло шерсти. Давление валиков под коленями. Собственные пятки, упирающиеся в матрас. Ощущение простыни под пальцами ног.

Я осторожно, боясь спугнуть это ощущение, положила ладонь на бедро.

Прикосновение отозвалось новым всплеском боли. Острой, яркой. Настоящей.

Я попыталась пошевелить пальцами правой ноги. Послать сигнал вниз, через боль, через страх.

Сначала ничего не произошло. Только напряжение в мозгу.

Потом большой палец едва заметно дрогнул под одеялом. Всего один раз. Слабо. Почти незаметно для стороннего наблюдателя.

Но я увидела движение ткани и почувствовала сокращение мышцы.

Мне было больно до слёз. Боль была такой сильной, что хотелось завыть.

И впервые в жизни я боялась, что эта боль исчезнет. Потому что боль означала жизнь. Боль означала, что скоро я смогу ходить.