Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 137 – Кристина Юраш

— Вероятно.

— Тогда в чём проблема?

Он посмотрел на меня. Этот взгляд был слишком прямым. Слишком внимательным. Мне захотелось отвернуться, спрятаться за насмешкой, но я не позволила себе.

— Я хотел услышать не любой голос.

Пульс гулко отозвался в висках, заглушая шум ветра за окном.

— И чей же?

Руаль молчал так долго, что тишина в комнате стала почти осязаемой.

— Ваш.

Ответ прозвучал спокойно. Без признания. Без той мягкости, с которой мужчины говорят женщинам красивые вещи, заранее рассчитывая на нужную реакцию. Просто факт. Констатация истины, которая для него самого, возможно, была неожиданной.

— Чтобы я назвала вас идиотом за ночёвку на холодном полу? — заметила я с улыбкой.

— В том числе.

— Очень странное желание, — заметила я, чувствуя, как мир вокруг меня начинает сходить с ума.

— Других пока не появилось.

Это почему-то задело.

— Значит, я просто первое доступное развлечение после пустой комнаты.

Лицо Руаля изменилось. Не стало мягче. В нём появилась сосредоточенность человека, который услышал неверный вывод и теперь решал, как его исправить.

— Развлечения я приказал убрать.

— А меня решили вернуть?

— Вас я и не убирал, — произнёс он задумчиво.

У меня перехватило дыхание. Я посмотрела на поднос, лишь бы не встречаться с ним глазами. На тарелке лежал кусок хлеба. Мелли намазала его маслом и мёдом, но я так и не притронулась.

Руаль тоже посмотрел на него.

— Вы не завтракали? — спросила я.

— Нет.

— Разумеется. Это ведь входило в ваш великий эксперимент, — заметила я.

— Я хотел проверить вашу теорию.

— И доказать, что я ошибаюсь?

Его бровь слегка приподнялась.

— Именно.

— Но не доказали.

— Пока не решил.

Он снова посмотрел на хлеб. Я взяла тарелку и протянула ему.

— Ешьте. Иначе Вейрен действительно получит второго пациента.

Руаль не сразу принял её. Его пальцы, сильные и привыкшие крошить камень, осторожно коснулись фарфора.

— Это ваш завтрак.

— Я не хочу.

— Вы сами говорили, что еду следует ценить после голода.

— Вот и цените. Вы голодный. А мне принесли холодную кашу, которую невозможно есть без угрозы для жизни.

Он посмотрел на тарелку. Потом на меня.

— Можно? — произнес он.

Я едва не рассмеялась, но смех застрял в горле, превратившись в ком.

— Вы теперь каждый раз будете спрашивать разрешения? — заметила я с легкой насмешкой.

— Пока не научусь понимать, когда оно требуется. Я… пытаюсь научиться быть с вами. Раз нам предстоит брак, — заметил герцог.

— Ешьте, — выдохнула я.

Руаль взял хлеб. Не потребовал свежую выпечку. Не позвал слугу. Не приказал накрыть отдельный стол. Просто сел в кресло возле моей кровати и откусил маленький кусок.

Я наблюдала за ним. Он жевал медленно. Намного медленнее, чем обычный человек ел бы простой хлеб с маслом и мёдом. Словно пытался почувствовать каждую составляющую, разобрать её на молекулы.

— Ну? — спросила я.

— Сладко.

— Мёд обычно сладкий, — произнесла я, глядя на золото меда, которое стекало по его пальцам.

— Я знаю.

— Тогда почему вы удивляетесь?

Руаль откусил ещё кусочек.

— Потому что вчерашний ужин не имел вкуса.

— Он был плохо приготовлен? — спросила я.

— Безупречно.

— Значит, проблема действительно была в вас.

— Не спешите радоваться, — усмехнулся он.

— Почему? Мне нечасто удаётся оказаться правой в споре с драконом. Я должна насладиться моментом, — теперь в моем голосе звучало коварство.