Книга Жена – калека дракону (не) нужна, страница 107 – Кристина Юраш

До разговора с ней мне ни разу не пришло в голову, что Флорис могла намеренно обрушить арку. Я допускал, что она рассчитывала на благодарность. На щедрую награду. В первые минуты после происшествия, когда я держал камень, а она задыхалась от боли, мне даже показалось, что ее мать немедленно попытается превратить случившееся в выгодную сделку.

В отношении мадам Моллард я оказался прав.

Но сама Флорис?

Она отказалась от денег. Только на лечение. Она отказалась от брака. Она торговалась не за титул, не за поместья, а за возможность уйти. За Мелли. За врачей.

Если она действительно готовила падение арки, то выбрала удивительно сложный, болезненный и опасный способ добиться цели.

В коридоре послышались быстрые шаги. Управляющий вернулся с темной папкой, перевязанной серой тесьмой. Следом вошел секретарь, прижимая к груди две толстые книги в потертых кожаных переплетах.

— Род Моллард, ваша светлость, — произнес управляющий, укладывая папку на стол. — Здесь сведения за последние четыре поколения. Отдельно выписки из Королевского реестра даров и результаты обязательного освидетельствования мисс Флорис Моллард.

— Когда проводилось освидетельствование?

Секретарь открыл верхнюю книгу, перелистывая тонкие, шуршащие страницы.

— Первое в двенадцать лет. Повторное в шестнадцать, как положено для детей благородного происхождения, не проявивших способности при первом обследовании.

— Результаты?

— Дар не обнаружен, — прошелестел страницами управляющий.

— Совсем?

— Магический фон ниже среднего. Каналы развиты слабо. Признаков стихийного, пространственного или ментального дара нет.

— Ошибка возможна?

Мужчины переглянулись.

— Теоретически, — осторожно ответил секретарь, — бывают поздние проявления. После сильного стресса или магического воздействия. Но речь обычно идет о слабых способностях. Нагреть воду. Зажечь свечу. Для значительного телекинетического воздействия, способного сдвинуть многотонную арку, необходимы развитые каналы. Они проявились бы при освидетельствовании.

— А род?

Управляющий развязал тесьму и разложил передо мной несколько страниц с сухими, безжалостными строчками.

— Молларды магией обделены. За последние сто двадцать лет ни одного дара выше третьей категории. У прадеда мисс Моллард по материнской линии была способность ненадолго сохранять свежесть срезанных цветов. У одной из двоюродных бабок — слабая чувствительность к перемене погоды.

Я взял выписку. Имя Флорис было выведено ровным канцелярским почерком. Возле графы «установленный дар» стоял прочерк.

Не слабый дар. Не скрытый. Никакого.

Глория знала это. Она сама сказала, что Флорис — женщина без состояния, здоровья и дара. А затем предположила, что та обрушила арку. Не потому, что обладала сведениями. А потому, что ей требовалось объяснение, при котором Флорис переставала быть жертвой и становилась расчетливой обманщицей. Так Глории было легче ненавидеть ее.

А мне оказалось слишком легко поверить.

Я вспомнил слова его величества. Этот неприятный разговор, который состоялся у нас с королем наедине. «Ты понимаешь, что ты должен принять участие в жизни этой девушки после того, что с ней произошло!», — слышался голос короля. Он вообще говорил редко. В основном слушал. «Я не против помочь деньгами!», — произнес я. «Ты прекрасно знаешь, о чем идет речь!», — произнес король после долгой паузы. «Я не хочу на ней жениться!», — спорил я. «У тебя есть… так называемая невеста…», — вздохнул король, стоя у окна. — «Наша Глория, разумеется, блистательный бриллиант. Но вряд ли она когда-нибудь бросилась бы спасать тебя. Я бы задумался на твоем месте!». «Я не требовал спасения!», — разозлился я. «А девушка об этом знала?» — произнес король и посмотрел на меня пристально.