Книга Портниха-попаданка. Модный дом бывшей жены дракона, страница 2 – Диана Фурсова

— Понимаю, — сказала она.

Собственный голос оказался ниже, чем Ярина ожидала, и немного хриплым. Ей удалось произнести одно слово без дрожи, но тело отозвалось болезненным спазмом под рёбрами.

Писец поставил первую отметку.

Тарвель слегка нахмурился.

Возможно, Лиорена обычно говорила иначе. Мягче, тише или чаще. Ярина не знала, поэтому решила не произносить лишнего.

— Супружеский плащ был соткан в день заключения брака, — продолжил старик. — Белая нить хранит верность данных клятв. Она не может потемнеть без причины.

— Не просто потемнеть, верховный судья, — вмешалась женщина в бордовом. — Одна из нитей почернела по всей длине. Подобное происходит, когда клятва нарушена сознательно.

Она повернулась к Ярине.

— Я сожалею, Лиорена. Мне бы хотелось, чтобы проверка дала иной результат.

Сожаления в её голосе было ровно столько, сколько требовали приличия.

Имя всплыло не сразу. Ярина всмотрелась в тонкое лицо и заметила серебряную брошь в форме челнока.

Мерравия Дорн.

Глава гильдии ткачей.

Женщина, к которой Лиорена когда-то обращалась за помощью. При воспоминании тело отозвалось неприятной тяжестью в животе, но никаких подробностей не появилось.

— Проверку проводила гильдия? — спросила Ярина.

По залу прошёл лёгкий шум.

Верховный судья поднял брови, а Мерравия едва заметно сжала пальцы на подлокотнике.

— Разумеется, — ответила она. — Три старших мастера независимо подтвердили изменение клятвенной нити.

— Они присутствуют в зале?

— Их письменные заключения приложены к делу.

Ярина посмотрела на три запечатанных свитка у локтя писца. С такого расстояния прочитать их было невозможно.

— Значит, нет.

— Лиорена, — произнёс Тарвель.

Впервые он обратился непосредственно к ней, и чужое тело сразу узнало интонацию, от которой прежде, вероятно, хотелось оправдываться. В ней не было ярости. Только усталость, отстранённость и что-то тяжёлое, уже давно принятое за истину.

— Ты знала, что сегодня рассмотрят доказательства. У тебя было три дня, чтобы назвать свидетелей или потребовать иной проверки.

Три дня.

Ярина осторожно вдохнула. За эти дни Лиорена могла плакать, спорить, молчать или искать помощь. Что именно она делала, новая хозяйка тела не знала.

— И я потребовала? — спросила она.

Тарвель замер на едва заметную долю мгновения.

Ответил верховный судья:

— Ваше прошение о повторной проверке было отклонено. Клятвенную нить исследуют только мастера гильдии. Других признанных специалистов в столице нет.

— То есть доказательство проверили люди, подчиняющиеся госпоже Дорн, а повторную проверку должны были проводить те же люди?

Тишина в зале изменилась. Теперь в ней было не предвкушение слёз, а осторожность.

Мерравия улыбнулась, но взгляд её стал жёстче.

— Вы ставите под сомнение честь гильдии?

— Я уточняю порядок.

— Порядок соблюдён, — отрезал верховный судья. — Совет не рассматривает обвинений против гильдии. Мы рассматриваем требование лорда Аркейна о расторжении брака.

Тарвель не сводил с Ярины глаз.

Золотое свечение в его радужках стало ярче. Возможно, раздражение. Возможно, драконья природа проявлялась при любом сильном чувстве. Ярина не собиралась выяснять это сейчас.

Она снова посмотрела на плащ.

При первом взгляде чёрная полоса казалась цельной. Теперь, когда страх немного отступил, профессиональная привычка взяла верх. Ярина видела не символ предательства, а изделие: направление нитей, плотность переплетения, посадку воротника, линию края и участок, где полотно едва заметно морщило.