Книга Артефакторская контора "Странные вещи", страница 35 – Елена Ахмедова

Она хмыкнула, но уже без раздражения.

— Мне нравится.

Они стояли рядом, и Лидия вдруг почувствовала, как уходит напряжение, которое она носила весь день. Здесь не нужно было быть строгой, не нужно было всё контролировать, не нужно было доказывать, что она знает, как правильно.

Её глаза поймали спокойные глаза Дмитрия. Они так простояли с минуту смотря и не отрываясь.

Но потом Дмитрий сделал то, чего она не ожидала. Он шагнул ближе и крепко, но мягко обнял её. Не так, будто хотел что‑то доказать, а так, будто просто хотел, чтобы она знала: она не одна.

Лидия сначала напряглась. Её первая мысль была: «Что он делает? Зачем?». Она даже попыталась отстраниться, упёрлась ладонями ему в грудь.

— Дмитрий, не надо…

Но он не сжал её сильнее, не стал удерживать. Он просто стоял, не убирая рук, и ждал. И в этом ожидании было столько терпения, столько спокойствия, что её злость начала рассыпаться, как лёд под тёплым ветром.

Она перестала сопротивляться. И через мгновение, когда злость совсем ушла, она вдруг уткнулась лицом ему в грудь, пряча глаза, пряча всё, что накопилось за день: усталость, сомнения, страх, что ничего не получится, и радость, что сегодня всё получилось.

Дмитрий тихо выдохнул, будто боялся спугнуть этот момент, и осторожно провёл ладонью по её спине.

— Можно, я просто постою вот так? — тихо спросил он. — Пока тебе нужно.

Лидия не ответила. Но и не отстранилась. Она просто кивнула, уткнувшись в его куртку, вдыхая запах мороза и металла, запах мастерской и его рук, которые сегодня так аккуратно держали пины и не дрожали, когда даже казалось шатким.

Так они и стояли, пока над городом гремел праздник, пока ледяные скульптуры пели свои хрустальные песни, а фонари выводили бесконечные мелодии. Здесь, в тихом переулке, где огни мерцали скромно, а тени были длинными и спокойными, им не нужны были слова.

Когда Лидия наконец подняла голову, её глаза были чуть влажными, но не от слёз, а от ветра. Она посмотрела на Дмитрия, и в её взгляде было что‑то новое — не раздражение, не профессиональная оценка, а личное доверие.

— Спасибо, — сказала она тихо. — Я не знала, что мне это нужно.

Дмитрий улыбнулся, чуть смущённо, но искренне.

— Теперь знаешь.

И они ещё немного постояли, слушая, как город празднует, как поёт лёд, как звенят гирлянды.

Артефакторская контора «Странные вещи» просыпалась как и весь город. Ещё до того, как погасли уличные фонари, в мастерской уже горел тёплый свет, а воздух пах горячим чаем и разогретым металлом. Лидия проверяла настройки старого резонатора, Кристина шуршала бумагами, раскладывая заказы по приоритетам, а Халим, накинув рабочий фартук, протирал стойку в приёмной так, будто от чистоты поверхности зависела репутация всей конторы. В большой мастерской Пётр и Джин тихо спорили у стеллажа, выбирая пины для утреннего мелкого ремонта, а Дмитрий аккуратно протирал кристаллы, не торопясь, но и не теряя времени.

Серая появилась последней, не потому, что опаздывала, а потому, что сегодня постояла минуту у двери, слушая, как контора живёт без её контроля. Сегодня она задержалась чуть дольше обычного, прислушиваясь не к голосам, а к тому, как они складываются в привычный ритм. И в этом ритме ей вдруг стало слышно, как много в нём шума. Не тревожного, не враждебного, а просто… постоянного. И от этого внутри снова шевельнулось то самое чувство: она давно не открывалась сама себе.