Книга Кусь для Варвары, страница 13 – Анна Полиновская

— А если дождь пойдет? — все еще не веря в это спросила Варя.

— Шалаш непромокаемый, не беспокойся.

— Слушай, но это дикость! Как я пойду через весь поселок в ночнушке?

— Почему пойдешь? Нас на машине довезут. И к тому же, кроме альфы и нас, там никого не будет.

— О... главное, потом родителям о таком не рассказать, — подумала Варя. — А как же праздник?

— Праздник будет у нас в доме, родители уже и гостей пригласили.

— То есть, пока мы там в шалаше, они будут тут праздновать?

— Ну да.

— Очуметь... — только и сказала Варя.

Через два дня Варя, одетая в белоснежную длинную ночнушку с удлиненными рукавами, подаренную родителями Ромы, садилась в машину, к ней подсел и Роман в белом халате. За водительское кресло сел Марк.

— О, небо! Так глупо я себя давно не чувствовала, — думала Варя, прижав руки к покрасневшим щекам, — Хорошо хоть гости этого не видят.

Машина довезла их до леса, где на тропинке уже ждал альфа. Как только Варя и Роман вышли, машина уехала.

— Дети мои, данной мне властью объявляю вас мужем и женой! Цените и берегите друг друга. Живите в радости и счастье. Да будет ваш брак долгим и крепким. Жених может поцеловать невесту. — Роман чуть скользнул по губам Вари. Альфа, подошедший к ним, соединил их руки.

— А теперь идите!

Как только пара скрылась в лесу, альфа отправился на праздник в дом Романа.

Роман бережно держал Варю за руку, указывая, где лучше пройти, пока они шли к шалашу. Дойдя до шалаша, Варя не выдержала и расхохоталась.

— Ой, не могу! — смеялась она почти до коликов, — прости Рома, сейчас...

Роман, прислонившись к стволу дерева, наслаждался этим зрелищем. Всё‒таки между нами еще так мало общего. Она ‒ человек, и ей неведомы наши обряды и то почтение, которое мы им оказываем.

— Ром, а в человеческий ЗАГС мы пойдем? — спросила Варя, отсмеявшись.

— Обычно наши семьи ходят только после года брака.

— Понятно.

Они стояли друг напротив друга. Лес жил своей жизнью. Тихий ветерок качал листву на деревьях. А Рома вбирал её образ, ставший родным за такой короткий срок.

— Вот она, истинность, — думал он, — когда истинная кажется самой‒самой. К ней тянет, словно магнитом, несмотря на то, что порой её поступки и слова приводят в тупик.

— Это точно, — подтвердила Варя слова мужа, — как и ваши меня.

Роман протянул руку, в которую Варя вложила свою. Затем, окинув полог шалаша, Роман пригласил её внутрь...

Никакой вам фаты и платья,

И цветов, чтобы к платью в тон.

Лишь ночнушка прикроет тело,

Чтоб в объятьях исчезнуть потом...

Там шалаш, благо хоть не из листьев,

Скроет нас, от дождя спасет...

Ты не бойся, тебя согрею,

Разум в космос твой унесет...

Нам не важно, что там снаружи.

Буря чувств закипит внутри.

В страсти этой тебя согрею,

Лишь сейчас ты ко мне приди.

Внутри находились чашки с малиной, медом, термос с чаем и блины...

— Ну хоть так поем, — думала Варя, чувствуя, как рот наполняется слюной от аппетитных запахов. Конечно, это была слишком легкая еда, но чем богаты, называется.

Присев на покрывало, они стали есть.

— Мед мы получаем с собственной пасеки. Попробуй, какой у него необыкновенный вкус! — говорил Роман, наливая ей горячий чай из термоса в кружку.

Перекусив, они как будто замерли. Не давая времени опомниться, Роман потянул Варю на себя, уложив на покрывало, склонился над ней и поцеловал. Положив руку поверх ночнушки, Роман стал оглаживать тело жены.