Книга Любовный эликсир для опальной герцогини, страница 8 – Шарлин Кук

Рецепт назывался «Слияние».

Она развернула лист и пробежала глазами первые строки. Почерк был мелким, старомодным, но разборчивым.

«Слияние. Полное единение двух душ. После принятия зелья границы между сознаниями стираются. Боль, радость, мысли, сны — всё становится общим. Необратимо. Не имеет противоядия»

Лира замерла. Необратимо. Никакого «противоядия разрыва», о котором Элиан не обмолвился ни словом. Только чёрная метка в конце строки.

Она читала дальше.

«Ингредиенты: Слеза феникса (три капли), Корень крика (сушёный), Пепел сгоревшего желания (две щепотки)…»

Многое было ей незнакомо. Но последняя строчка заставила её сердце пропустить удар.

«…и кровь двоих, связанных единой целью. Кровь берут из левой руки, надрезая одновременно. Слова не нужны. Желание — вот что запускает Слияние»

— Кровь, — прошептала Лира.

Она вспомнила свой флакон. Пустой, тёмный, с гравировкой «Для той, кто осмелится». И слово «необратимо» теперь звучало не как пугало, а как обещание. Или приговор.

— Что ты делаешь?

Голос Элиана ударил со спины. Лира так резко обернулась, что пергамент чуть не порвала пополам.

Он стоял в дверях, с пыльным мешком в руке. Его лицо было непроницаемым, но в глазах — холодное бешенство.

— Я… — начала Лира.

— Ты читаешь мои записи, — закончил он за неё, бросая мешок на пол. — Думаешь, раз я дал тебе угол и хлеб, то можно копаться в моём прошлом?

— Это то самое «Слияние», о котором говорил тот человек, — сказала Лира, не отводя взгляда. — Ведь так?

Элиан подошёл и выхватил у неё пергамент из рук. Не вырывая — просто взял, с такой силой, что у Лиры побелели костяшки.

— Тебе лучше не лезть в это, — процедил он. — Слишком сложно для непосвященных.

— Я уже влезла, — тихо сказала она. — Я видела. Кровь двоих. Необратимо. Зачем тебе это, Элиан? Кого ты хочешь с собой связать?

Он молчал так долго, что она подумала — он выгонит её. Но вместо этого он отвернулся, сунул пергамент обратно в ящик и запер его ключом, который носил на шее под рубашкой.

— Ты невыносима, — сказал он, не оборачиваясь.

— Я знаю.

— И любопытна как сорока.

— Это тоже.

— И то, что ты сейчас сделала, могло стоить нам обоим жизни, если бы вместо меня в дверях оказался кто-то другой.

Лира нахмурилась.

— Кто, например?

Элиан наконец повернулся. Его лицо было бледнее обычного — не от гнева, а от чего-то другого. Усталости? Страха?

— Сегодня утром я ходил за травой на Нижний рынок. — Он сел на край прилавка. — Там полно стражников. Не обычных, городских. Пришлые. В чёрных плащах с серебряной вышивкой.

Лира похолодела.

— Инквизиция? — спросила она, хотя уже знала ответ.

— Они. — Элиан посмотрел на неё внимательно. — Спрашивают про девушку лет девятнадцати, тёмные волосы, глаза карие, ростом около… — он окинул её взглядом, — примерно как ты. Ищут не просто так, а с особым упорством. Говорят, сбежавшая невеста самого лорда Арктура.

Лира прикусила губу. Она думала, что у неё есть месяц. Неделя. Хотя бы несколько дней.

— Они уже здесь, — сказала она не вопросом.

— Здесь, — подтвердил Элиан. — Пока просто спрашивают. Но если кто-то из торговцев вспомнит, что в Нижнем городе появилась новая девушка, которая работает в алхимической лавке… — Он развёл руками. — Долго ли догадаться?

— Ты прогонишь меня? — Голос Лиры звучал ровно, хотя внутри всё сжалось.