Книга Хрупкий сосуд 4, страница 46 – Ольга Чумаченко

— Савелий, — перезвонила Ева Северному через пять минут. — Передайте, что я согласна. Но только договор заключим на полгода.

Андрей отцепился от плавника своего спутника, морского быка, так любезно доставившего его до дома. Взобрался на пирс, пробежал задний двор и вошёл в дом, обошёл его. Отца не было. Он предпочитал жить в своей городской квартире. Но всё равно следовало убедиться.

Выглянув во двор, подросток свистнул, сообщая, что всё чисто. И через пять минут в дом вошли его старшие братья. Все.

Ева попала в подчинение к главе министра экономики — Ван Зе. А за глаза, подчиненные и не только, его Ван Де Мором прозвали, и было за что. Внешность у него… отталкивающая. Крокодил крокодилом. А ещё своими бесцветными глазами вопьётся, так как ледяными осколками проморозит. Но характер, воля, ум. Ван оценил способность женщины к точной науке и умение работать с документами. И надеялась Ева, что это всё, чем она его привлекла. Хотя, в её обязанность по договору входило и сопровождение своего шефа на всякие там мероприятия: деловые и частные. Её это устраивало: где она ещё соберёт нужную ей информацию.

С Северным она договорилась, что он не будет распространять информацию о её прошлом, о её жизни на Небесной планете и бывшем муже. Ну, как договорились? Она попросила. А уж будет ли он молчать?

Ева, только вступив на порог своей новой работы, сразу же попала под пристальное внимание новоиспечённых коллег, как мужчин, так и женщин. А что? Личная помощница шефа. Притом, что одних замов у него целая дюжина. Притом, что секретарей у него шесть штук. И тут она…

Работу шефа Ева бы назвала «ручным управлением». Это, когда начальник не сидит в кабинете и не ждёт доклады, а сам ездит и договаривается об условиях. С горечью она поняла, что и Соломон у неё был такой же трудоголик. А она при новом начальнике, оказалась и секретарём, и бухгалтером, и переводчиком, и чуть ли ни личной гувернанткой: принеси, подай, возьми, просмотри и посчитай, составь и напечатай, распечатай, позвони, узнай и договорись, да ещё и переводы все на ней оказались. Короче, чувствовала она себя Балдой, как из сказки Пушкина. Работала за семерых, а зарплата… Поначалу её и должность помощницы устроила, и зарплата. Но… не нормированный рабочий день. Хотя в договоре она прописывала свою ситуацию матери-одиночки. И ребёнок был пристроен в специализированный круглосуточный садик. Где Ева могла забирать свою малышку в любое время, хоть дня, хоть ночи, или вообще с ночовкой её там оставлять. Ну, до такого она старалась не доводить. И вообще, поняв объём работы, что на неё свалилась манной небесной, поняла она, что крупно прогадала.

— Добрый день, Евгения, — показался в дверях кабинета Феликс. Ева, оторвав взгляд от экрана, поправив тонкие очки, которые она больше для образа носила, улыбнулась молодому мужчине. Слишком настойчивых ухаживаний он не применял. Так… комплименты, иногда цветы. — Вы разбиваете мне сердце, красавица. Сегодня торжественное открытие нового учебного заведения в нашем городе. Наше звёздное. И вы, как понимаю, будете опять сопровождать не меня.

О, да! На открытие начальство пригласили. И Ван зачем-то её с собой брал. Хотя, она бы предпочла сделать бумажную работу в кабинете и сбежать.