Книга Василиска 11, страница 88 – Ольга Чумаченко

— Ну, тогда пошли гулять, мальчишку сейчас медитировать в сад поведут…

У императорской семьи имелся свой сад, там они и медитировали без посторонних глаз, куда чужаки без личного приглашения не допускались. Но эльфёныш, узнав от стражи, что гости гуляют, пригласил их составить ему компанию. Для всех своих он должен в это время набираться сил от природы. Но магическими силами с ним отец делится. Так что разок он имеет полное право пропустить ненужное ему занятие. А ему ещё на машине хотелось покататься. Лэр остался рядом с одним из стражников, а вот Лиска катала мальчишку, его личного слугу и одного вооружённого саблей гвардейца императора.

— Начинается… - крепче сжала она баранку. Проснулся светлоликий… - Ну, всё! Пошлите завтракать!

Через вставленный в ухо один наушник Лиска слышала, как Алавиэль кричал сначала на слуг, потом на своих гвардейцев, что не заметили они, как в его комнату подложили письмо. У-у-у… как не понравилось ему это. Он же всегда считал, что дворец защищён самыми лучшими щитами. А когда он узнал, что делает его сын и с кем это делает… Побежал со стражей на улицу. Но в своих апартаментах ему пришлось немного задержаться. А когда на улицу выбежал, то сына с леди ди Фён там уже не оказалось. Они ушли завтракать, о чём разгневанному императору и сообщили. А так, как сам венценосный часто был занят государственными делами, завтракал он в своей гостиной в кругу министров, чтобы без лишних длинных ушей обсудить дела. Его фаворитка, мать наследника, главенствовала в общем зале, собирая вокруг себя сливки общества и сплетни, чтобы показать свою значимость. Да не женился на ней император, королевой не сделал, но сына их признал, и объявил наследником. Так что некой властью она сама себя обеспечила. Императора к завтраку не ждали. И как же все трапезующие были удивлены, явлению чуда в перьях. Ну, да! Ну, да! Последний штрих ей пришлось нанести прямо перед открывающимися дверями, где люди.. кхе-кхе… эльфы ели. Никем не замеченная, подготовленная к диверсии подушка, висела прямо по курсу. Пых… и пы-пых.

И тишина… Стража застыла вокруг повелителя. И сверху всё сыпало, сыпало…

— Кто это сделал?.. – замогильным голосом задал император вопрос, таким взглядом одарив сидевших… Что многим захотелось под стол спрятаться. Хотя, что в нём страшного? Он такой же худощавый, как ушастые сородичи. Но нет в нём хрупкости. Опасный он.

Лиска руку подняла, высоко-высоко, как школьница на уроке. «Дайте ответить, дайте ответить». Перевёл он холодные глаза неё.

— Я! – улыбнулась белянка.

Несколько долгих секунд ушастый император сверлил белянку немигающим взглядом. Красивый, подлец. Смерила и Лиска его. Поморщилась. Несмотря на то, что утро у ушастого не удалось, эльф был до безобразия элегантен в своём вышитом золотом костюме. Уже испорченном. И даже бешеный гнев в глазах не смог нанести на благородное лицо, хоть одну человеческую эмоцию. Войдя, он неосознанно встал в позу, при которой им следовало безоговорочно восхищаться. Но теперь-то, в облепившем его пухе, он смотрелся ощипанным цыплёнком. До более взрослой особи не дотягивал его смазливый образ, хотя чувствовался в нём петушиный настрой. А его сверкающие глаза нет-нет, устремлялись к рядом с белянкой сидевшим лэром. В таком эмоциональном состоянии он бы сейчас обоих приказал схватить и казнить. Ну, для начала выпороть, а потом запереть в холодной темнице. Есть у него такое.