Книга Беги от меня, страница 138 – Надя Лахман

Я невольно хихикнула, прикрыв ладошкой рот, краем глаза отмечая стремительно входящую в гостиную леди Каэли. Лицо леди было искажено некрасивой гримасой злости, которую ей никак не удавалось скрыть, даже несмотря на все потуги, отчего казалось, что мышцы лица ее не слушаются и никак не желают менять положение с оскала на улыбку. Жуть какая-то! И эта туда же?

К ней тут же поспешила заклятая подружка Лавиния, о чем-то коротко спросив и, подхватив под локоть, увела в сторонку. Интересно, что же такого ей сказала эта загадочная гадалка? Пожалуй, теперь я окончательно заинтригована.

Если раньше я еще сомневалась, идти ли к ней, то теперь все сомнения отпали. И все же, я подождала еще с час или больше, чтобы пропустить перед собой всех желающих, и лишь в самом конце вечера, увидев, что гости уже начали расходиться по покоям, лорды во главе с королем давно ушли в курительную комнату, а поток молодых леди, желающих посетить гадалку, и вовсе иссяк, незаметно выскользнула из дверей гостиной и подошла к лакею, стоявшему тут же, устало прислонившись к стене.

— Скажите, гадалка еще принимает?

— Да, леди. Я могу проводить Вас к ней, если желаете. – увидев меня, лакей вытянулся в струнку, приняв надлежащий вид.

— Желаю.

Почтительно поклонившись, лакей пошел вперед, пригласив следовать за ним.

Что ж, пора самой посмотреть, что это за гадалка такая пожаловала в замок.

* * *

Спустя несколько минут мы подошли к тяжелой деревянной двери в конце коридора. Отворив ее передо мной и почтительно отойдя в сторону, лакей пропустил меня вперед, и тихо вышел. Я же вошла внутрь и с любопытством огляделась.

Это была небольшая гостиная, выполненная в темных тонах – резные панели из темного дерева на стенах, стеллажи с книгами, несколько маленьких столиков и этажерок, на которых застыли вазы с цветами, картины в деревянных узорных рамах на стенах, затянутых бордово-коричневым шелком, диванчик такого же цвета. Оживляли этот мрачный интерьер лишь яркое пламя камина и пара мягких бордовых кресел, стоящих перед ним.

Я с недоумением огляделась, оглядывая казавшуюся пустой комнату – неужели гадалка уже ушла?

— Наконец то… – скрипучий голос, раздавшийся от камина, заставил сердце испуганно замереть, – ну, чего встала? Проходи, коль пришла.

Я медленно, шажок за шажком, заставила себя приблизиться к одному из кресел, из недр которого и раздавался голос. Высокая спинка сейчас полностью скрывала от меня говорившую, но я чувствовала ее. Слишком остро, отчего по спине внезапно пробежала волна холода. На подлокотник кресла вдруг легла худая узкая рука с темной кожей и пальцами, увенчанными длинными заостренными ногтями черного цвета, и я чуть не подскочила от испуга.

— Ну ты и трусиха… Даром что ли в тебе такая кровь течет? – раздалось тихое ворчание.

Из-за спинки кресла выглянуло лицо, повернувшееся ко мне.

Оно было… странным. Темное, вытянутое, с тонким крючковатым носом и узкими изогнутыми губами ярко-вишневого цвета. Иссиня-черные, как вороново крыло волосы, были разделены на ровный пробор и заплетены в две длинные толстые косы, с вплетенными в них мелкими золотыми круглыми пластинами, которые мелодично позвякивали при каждом движении. Такие же пластины украшали шею и запястья гадалки.