Книга Злодейка в финале, страница 94 – Энже Граф

— Чего застыла? ‒ вдруг раздалось из хибары. ‒ Заходи, коли пришла.

Я сглотнула и вошла внутрь. Мне потребовалось время, чтобы глаза привыкли к темноте, но Старик явно не собирался мне его давать:

— С чем пришла? ‒ недовольно спросил он откуда-то сбоку.

Я, наконец-то, сумела различить его сухой силуэт и контур высокого стола, за которым он, судя по всему, дремал на стуле. Подойдя ближе, я показала ему браслет, не выпуская, впрочем, его из рук:

— Хочу его продать.

— Положи его на стол.

Чуть поколебавшись, я все же выполнила приказ. Старик взял браслет ‒ в свете луны, падающем из окна, на миг мелькнула сухая пергаментная кожа, ‒ и произнес спустя несколько секунд:

— Товар из Боско. Откуда украла?

Я моментально «вспыхнула»:

— Ничего я не крала! Просто взяла за работу! А вовремя надо было платить!

Старик хмыкнул. Изображая возмущение, я вытянула руку:

— Не хотите брать ‒ не надо. Продам где-нибудь еще! Верните браслет.

— Не горячись. Кто сказал, что я его не беру? Но раз товар краденый, сбыть его будет непросто. Дам тебе за него девять серебряных.

— Девять серебряных? ‒ возмутилась я в этот раз по-настоящему. ‒ Хозяйка хвасталась, что он стоил несколько сот золотых!

— Стоил, ‒ согласился Старик, ‒ до кражи. Но будет стоить дырку от бублика, если меня поймают с ним краденым и прижмут жандармы.

— Мне говорили, ‒ помолчав, выдавила я, ‒ что вы предложите лучшую цену.

Старик зашелся мелким кашляющим смехом:

— Я мог предложить за него больше несколько месяцев назад. Но с тех пор, как к власти пришел этот чужак, дела пошли хуже. Он сильно прижал нашего брата, поэтому девять серебряных ‒ это все, что я сейчас могу предложить. И да, это лучшая цена, которую ты вообще можешь получить за этот браслет в городе.

Гира был бы рад услышать, что ему удалось «прижать» эту братию. Зато мне сейчас это не играет на руку. Девять серебряных ‒ это гораздо меньше, чем я рассчитывала получить за золото и драгоценные камни.

— Есть, ‒ выдавила я, ‒ еще кое-что.

— Я весь внимание, ‒ отозвался Старик.

Всем своим видом выражая нерешительность, я вытащила из карманов мелочь, которую служанка могла украсть у нерадивой хозяйки: расческу из слоновой кости; зеркальце с серебряной рамкой; щетку для волос из красного дуба; расшитый носовой платок из тончайшего шелка; одну серьгу, оставшуюся после «оплаты» накидки; пару фарфоровых безделушек, которые Самайла поставила на мою каминную полку после того, как мы с Гира перебили все остальные. Старик оценивающе ощупал каждую из этих вещей. Мысленно я задавалась вопросом, достаточно ли ему для оценки одного лишь лунного света, но, судя по всему, либо зрение его было острее моего, либо он полагался исключительно на свои пальцы, которыми он бережно, но уверенно «просмотрел» каждую вещицу.

Наконец, закончив с последней, он произнес:

— За все это могу предложить тебе три золотых.

Три золотых. Как мало. Но делать нечего. Сейчас мне важнее покинуть это место, а для этого пойдет и такая сумма.

— Хорошо, ‒ выдавила я, ‒ я согласна на три золотых.

Сжимая в руках монеты, я покинула тупик. Затем вернулась на площадь и выкопала спрятанные под деревом украшения. Теперь мой путь лежал на пристань. Мне нужно было купить место на корабле, чтобы уплыть отсюда как можно дальше. Я не знала, куда я отправлюсь точно ‒ знала только, что это должен был быть городок на море. Раз увидев море, я поняла, что хочу жить только рядом с ним. Где ‒ неважно, главное, чтобы утром, открыв глаза, я могла выйти на улицу и приветствовать эту огромную, безудержную и свободную стихию.