Книга В руках подонка, страница 76 – Виктория Вашингтон

* * *

Я сидела за обеденным столом в коттедже, раскладывая по порядку документы проекта. Солнечный свет косо падал через кружевные занавески на стопки бумаг, и в этой тихой, почти мирной обстановке трудно было поверить, что всего день назад моя жизнь перевернулась. После той близости с Дамьеном, случившейся ночью, между нами витало новое, острое чувство — хрупкое равновесие между смятением и радостью. Мы оба старались сосредоточиться на работе, но каждый взгляд, случайно встречавшийся над бумагами, отдавал эхом тех эмоций, которые мы не до конца осмыслили.

Дамьен стоял у противоположного конца стола, просматривая последние отчёты по логистике моего проекта. Его профиль был сосредоточенным, почти суровым, когда он вдумывался в цифры. Казалось, обычный деловой процесс — обсуждение планов и проверка документов — должен был вернуть нас к привычной дистанции. Но едва уловимая теплота в его голосе, когда он несколько минут назад спросил, хочу ли я чаю, напоминала: между нами теперь всё иначе. Моё сердце всё ещё замирало при воспоминании о его прикосновениях прошлой ночью, но я старалась держать себя в руках, чтобы не выдать волнения. Работы предстояло много, и Райан был с няней, в безопасности — у меня было время и повод сосредоточиться на делах.

Я провела пальцем по строке отчёта, пытаясь уловить смысл написанного, когда вдруг тишину нарушила вибрация телефона. Прибор лежал перед Дамьеном на столе, и как только экран вспыхнул, он нахмурился и мгновенно отвлёкся от бумаг. Его рука дрогнула, когда он поднял телефон. В первое мгновение я не придала значения — возможно, обычный звонок по бизнесу или сообщение от кого-то из команды. Но секунды текли, а Дамьен всё так же стоял, напряжённо всматриваясь в экран, не реагируя на уведомление.

— Что-то серьёзное? — неуверенно спросила я, пытаясь поймать его взгляд.

Он не ответил сразу. Большим пальцем он разблокировал телефон и скользнул по экрану, открывая, видимо, только что пришедшее сообщение. Я видела, как его глаза быстро пробежали по тексту, и вдруг лицо Дамьена будто окаменело. Вся теплота, что мелькала до этого, исчезла, уступив место чему-то пугающе холодному и жёсткому. Сердце у меня сжалось от внезапного предчувствия беды.

— Дамьен? — я отложила бумаги и встала, обходя стол. — Что случилось?

Он поднял на меня глаза. В них отражался такой шторм эмоций, что у меня подкосились ноги. Я видела гнев — ледяной, устрашающей силы гнев — и вместе с тем боль. Настоящая, невыносимая боль, от которой у меня самой перехватило дыхание. Он сжал телефон так, что костяшки пальцев побелели.

— Райан… — выдохнул он, и одно это имя в его устах уже означало катастрофу.

Мир поплыл перед глазами. В висках застучала кровь, шумом заглушив тишину комнаты. Я шагнула к нему, не помня себя. Кажется, я повторяла: «Нет… нет, только не это…», но собственного голоса почти не слышала за звоном в ушах.

— Его… похитили, — произнёс Дамьен хрипло, словно каждое слово давалось с трудом. — Только что сообщили… Райан исчез.

Я не сразу поняла смысл сказанного. Похитили? Это слово не укладывалось у меня в голове. Я замотала головой, отступая на шаг. Зацепилась спиной за край стола, но боли не почувствовала — всё внутри онемело.

— Как… похитили? — мой голос сорвался на крик. — Этого не может быть! Это какая-то ошибка? Где наш сын? Он же… он был с няней.