Книга Имя мне Тьма, страница 36 – Евгений Фронтикович Гаглоев

— Хорошо. Будешь справляться, мы с тобой найдем общий язык, – снисходительно улыбнулась ей экономка.

— А других горничных здесь нет?

— Нет, одной вполне достаточно. По возможности, я буду тебе помогать, но не часто. Я также исполняю обязанности повара, поэтому у меня своих хлопот хватает.

Водитель Марат оказался крепким широкоплечим мужчиной лет сорока, с обритой наголо головой. Ирине он сразу не понравился, уж больно напоминал уголовника. Когда Эмма Викторовна представила их друг другу, громила так плотоядно усмехнулся, что Ирине стало не по себе.

Садовник Сергей – крепкий симпатичный парень лет двадцати в джинсовом комбинезоне и грубых ботинках – работал в саду. Увидев экономку и новую горничную, он помахал им рукой в брезентовой рукавице.

Спальни хозяев располагались на третьем этаже, рабочие кабинеты Владимира и Артура Решетниковых – на втором, рядом со столовой. К дому примыкала огромная оранжерея, сразу за ней размещались гараж и большая кухня. Дальнее крыло особняка было огорожено строительными лесами и обтянуто километрами полупрозрачной пленки.

— Там идет ремонт, – пояснила Эмма Викторовна. – Ходить туда не стоит, только строительную грязь в дом натаскаешь. Помещения закрыты, днем там работают строители, ночью – никого. Меняют окна, двери, обшивку стен… Пройти туда в данный момент можно только через вестибюль первого этажа.

— Меняют окна? А проникнуть в дом через это крыло можно? – с опаской спросила Ирина.

— Теоретически можно, – подумав, ответила экономка, – но для этого сперва придется пробраться во двор, а у нас тут чугунные ворота и решетки в два с половиной метра высотой. Поэтому ночных грабителей можешь не опасаться.

Совершив экскурсию по дому, они снова оказались в просторной гостиной первого этажа. У стены стоял большой каменный камин с мраморной полкой, заставленной статуэтками, фотографиями в рамках и позолоченными подсвечниками. Вдоль стен комнаты стояли плоские стеклянные витрины, в которых находилась коллекция Владимира Решетникова. Каменные идолы, деревянные и глиняные маски, посуда и утварь, чего здесь только не было. Под самым потолком на стенах висели головы животных – оленей, медведей, косуль.

— Хозяева увлекаются охотой? – спросила Ирина, заметив эти жутковатые украшения.

— Увлекался их отец, – ответила Эмма Викторовна. – За особняком начинается огромный лес, где он часто охотился со своими друзьями. Владимир и Артур к охоте равнодушны, но чучела животных хранят как память об отце.

Из большого зала наверх вела широкая лестница с резными перилами из темного дерева. На площадке между пролетами располагался гигантский групповой портрет в толстой позолоченной раме. Справа и слева от картины ответвлялись две лестницы поуже, но внимание Ирины привлек холст.

На нем были изображены члены семьи Решетниковых. Старуха Зинаида сидела в старинном мягком кресле с высокой спинкой. Позади нее стояли ее сыновья Артур и Владимир. Даша, совсем еще девочка-подросток, была изображена по левую руку от отца. Их Ирина уже знала. Но на картине также были запечатлены высокий старик с аристократическими чертами лица и мужчина с женщиной, стоявшие рядом, как семейная пара. Он был полноват, с редеющими волосами, а она – настоящая красавица с длинными золотыми локонами, вьющимися по ее плечам.