Книга Имя мне Тьма, страница 133 – Евгений Фронтикович Гаглоев

Потом я повез Степана домой. Поднялись мы в их квартиру, а там двери настежь. Пьяная мать валяется в коридоре на полу, похрапывает. С ней еще пара приятелей. Дрыхнут, один – на кухне, другой – в комнате на продавленном диване.

Понимаете, парня дома почти три дня не было, а она даже ничего не поняла. Чуть сына не лишилась, но в своем пьяном угаре ничего вообще не соображала.

Никогда у меня не было желания женщину ударить, но в тот день я едва сдержался. А парня вдруг просто прорвало. Смотрю, а он плачет навзрыд. Стоит посреди этой кротовьей норы. Слезы текут, трясется весь, на мамашу пьяную смотрит, плечи руками обхватил, а оба запястья бинтами перемотаны. И так мне его жаль стало в тот момент. В общем, забрал я его к себе.

У меня жена в тот момент уже съехала, а сын – ровесник Степана. Комната свободная есть, постелили мы ему там. С Егором они вроде сразу поладили, хоть поначалу и смотрели косо друг на друга. Утром завтраком обоих накормил, в школу они уже вместе пошли. Со школы опять к нам. Так и повелось.

— Сколько лет ему тогда было? – чуть слышно спросил Андрей Чехлыстов.

— Четырнадцать. Мы с вами даже представить не можем, что у него тогда в голове творилось. Но вскоре Степан немного отошел, оттаял, даже общаться нормально начал. С Егором моим подружился. К матери больше ни ногой, но она и не переживала особо. Я даже подумывал над ним опекунство взять, но потом решили не заморачиваться. Большую часть времени он все равно у нас проводил, на мамкиных пьяных ухажеров ему больше смотреть не улыбалось.

Он тогда решил новую жизнь начать. Все связи со старой компанией разорвал, на улицах больше не шлялся. За ум взялся, даже учиться начал. Поначалу пришлось ему репетитора подыскать, но женщина попалась хорошая, понимающая. Она и Егора подтянуть пыталась, но мой оболтус считал, что у него и так все хорошо.

Пару раз Степку защищать приходилось. Сначала бывшие дружки на него наезжали. Понять не могли, почему он с ними больше видеться не хочет. Потом и учителя по старой памяти гнобить его пытались. Ну пришлось мне пару раз в его школе выступить. Нагнал тогда страху на них, они и смирились. У всех должен быть второй шанс, жаль, многие этого не понимают.

Так мальчишки школу и закончили, а потом в университет поступили. Причем Степан на бесплатное умудрился! Вот что значит хороший репетитор. У меня даже Егор так не смог. Степка сразу в студенческое общежитие при универе переехал. Сказал, что больше не хочет никого стеснять. Я возражал поначалу, но это был его выбор. Живет сейчас отдельно, почти самостоятельный стал. Но с Егором они по-прежнему не разлей вода.

Вся эта история Степана здорово поломала. С тех пор уже четыре года прошло. Со старыми приятелями он все это время не виделся. Шрамы от проволоки на руках вечно какими-то браслетами прикрывает. А то, что волосы в светлый цвет выкрашены, так это тоже не просто так. У него после того случая седина появилась, вот он ее и закрашивает периодически. Молод еще слишком, чтобы с седыми волосами ходить, а так хоть никто внимания не обращает, лишних вопросов не задает. Журналисты о той истории успели забыть, для всех он остался мальчиком, который выжил. Его настоящего имени никто не узнал. Так что он уже несколько лет у меня под самым пристальным надзором. Поэтому и говорю вам, что зря вы его подозреваете. Паренек непростой, сложный, но точно не убийца. Я за него чем угодно поручиться готов.