Книга Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 2, страница 99 – Шуан Мэйхуа

— Тебе говорили, что ты похожа на сумасшедшую? – подметила Синь Энь.

Радостная улыбка мгновенно стерлась с лица Лун Нуан. Ее взгляд стал холодным, как и ее тон:

— А тебе говорили, что ты до смерти раздражаешь?

На безэмоциональном лице Синь Энь наконец промелькнула улыбка.

— Зато ты меня не съела, как других, пока я была заперта тут с тобой.

Продолжая идти по узкой тропинке лабиринта, Лун Нуан бросила:

— Я не ем демонов. А тем более оживших из мертвых. Это все равно что питаться объедками. Да я и не настолько низко пала, чтобы заниматься каннибализмом.

— Интересно, – ненадолго задумалась Синь Энь и, резко остановившись, поспешила поделиться своей мыслью с демоницей: – А тот факт, что ты питаешься людьми, можно приписать каннибализму? Наши виды все-таки схожи.

— Синь Энь, – окликнула Лун Нуан ее. – Мы отличаемся от людей.

— Чем же?

Лун Нуан снова улыбнулась, посмотрев на девочку, а после уверенно побежала по лабиринту меж кустов и зарослей, словно кошка. Сворачивая в нужном направлении и не натыкаясь на тупики, пока не достигла своей жертвы.

— Скоростью, – оскалившись на бледную от испуга девушку с веснушками на лице, бросила Лун Нуан. Сделав несколько уверенных шагов вперед, она продолжила: – Силой. – С этими словами демоница ударила свою жертву, оставив четыре глубоких пореза на ее правом плече. Ли Фэн упала на землю, прижимая руку к кровоточащей ране и мотая головой, умоляя о пощаде. Ее карие глаза были полны слез:

— Пожалуйста, не надо… – всхлипнув, прошептала Ли Фэн.

Лун Нуан нависла над ней, внимательно разглядывая девушку. Платье было скомкано и измазано старой запекшейся кровью. Лицо и шея были покрыты ссадинами.

— Пожалуйста, – отползая, продолжила умолять Ли Фэн. Ее голос дрожал, а сердце было готово разорваться на части.

Прошло две недели с тех пор, как она видела свою госпожу в последний раз, как она могла спокойно спать по ночам, не чувствуя боли и страха.

— Тебе больно? – с наигранным беспокойством спросила Лун Нуан.

Ли Фэн сглотнула, чувствуя неприятный, металлический привкус на языке.

— Больно, – подтвердила она.

— Знаешь, – Лун Нуан начала вытягиваться, как будто только очнулась ото сна. – Мне тоже было больно, – добавила демоница, зевая. Она прикрыла рот окровавленными пальцами и, не задумываясь, слизнула с кончика острого когтя немного крови. – Как же вкусно, – подметила демоница, явно наслаждаясь процессом.

Сердце Ли Фэн упало. Если до этого она могла надеяться на спасение или милость, теперь же она осознала безысходность своего положения. Ее убьют. Смерть была уже близко.

— Когда я была маленькой, – подметила Лун Нуан, глядя в испуганные глаза своей жертвы, – мне тоже было очень больно. На моих глазах убили всю мою семью. – Взгляд Лун Нуан резко изменился, став острым и безжизненным, как и ее голос. – Я смотрела, как их сбрасывают вниз. А они падают, падают… а потом бух… и все… – Вновь расплывшись в улыбке, Лун Нуан подняла с земли несколько камешков и, присев на корточки подле Ли Фэн, начала один за другим ронять их с ладоней на землю, наблюдая за реакцией последней. – Видишь… Ты смотришь, как они падают?

Ли Фэн начала кивать, соглашаясь с каждым словом демоницы, дабы не вызвать у нее гнев.

— Я слышала, как они кричали. Как они молили о пощаде. Наверное, не так страшно прыгать первой. Ты боишься, но еще не осознаешь всего ужаса. Неизвестность успокаивает. – Лун Нуан обхватила плечи, обнимая себя и лелея, продолжая говорить с глубоким сожалением о своем прошлом: – А вот прыгать последней страшнее всего. Когда голоса твоих сестричек уже стихли и наступила тишина. Становится так страшно, что хочется просто закрыть глаза и исчезнуть. Хочется прыгнуть вниз и оказаться рядом с ними, но… Одно дело думать о смерти, а другое – сделать этот решительный шаг в пустоту.