Книга Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 1, страница 177 – Шуан Мэйхуа

— Демонам не так легко замерзнуть, а она вообще воскресла из мертвых.

— Она все равно просто ребенок, – с грустью произнес Ю Вэйюань.

— Не ведись на ее внешность, – предупредила демоница. – Я все равно ей не доверяю.

Ю Вэйюань посмотрел на свою ладонь и, вспомнив о том укусе и о своей демонической способности лишать человека свободы выбора, сказал:

— Как же это отвратительно. Никогда не воспользуюсь подобным. – Голос Его Высочества дрогнул. – Чем я лучше тех людей, что воскрешают мертвецов и делают из них воинов-марионеток?

— Ты же не знал, что все обернется таким образом.

— Незнание не снимает ответственности.

— Сила есть сила. А как ты будешь ею пользоваться, уже зависит от тебя. Будешь ты использовать ее во благо или же во зло.

— А можно кое-что спросить?

Глаза демоницы заискрились, а в душе резко потеплело.

— Конечно. Спрашивай…

— Ты же тоже хочешь, чтобы я стал императором?

— Ну… – Лань Сюэ не ожидала такого резкого вопроса. Облокотившись на ствол дерева, демоница сложила руки на груди и, прикрыв глаза, ответила Его Высочеству: – Ты вырос среди людей. Пусть ты и не знал, кто твой настоящий отец, император тебе куда ближе, чем родной отец. Эта правда, пусть горькая и неприятная, но с ней нужно смириться. Мне все равно на мир смертных и на мир демонов, но скитаться по миру в одиночестве – не лучший выбор, это я могу сказать из собственного опыта.

— Тогда что же мне делать?

— Просто доверься выбору своего сердца. Возможно, если ты станешь правителем, то сможешь сделать мир лучше. Ну а если решишь затеряться, тоже имеешь на это право. Это твоя жизнь, и выбор ты должен сделать самостоятельно…

— Я чувствую себя чужим. Если вернусь, то отниму то, что мне не принадлежит по праву. Я бы не хотел этого, – с грустью проговорил Ю Вэйюань.

— Мы с тобой и не люди, и не боги, и не демоны. Не знаю, где для таких, как мы, есть место, но, наверное, и мы созданы для определенной цели.

— Как ты справлялась столько лет?

— Наверное, – Лань Сюэ выдержала небольшую паузу, – у меня была цель, что помогала мне выдержать все испытания. Не могу сказать, что я жила плохо, но в какой-то момент я разучилась радоваться тому, что имею. Даже большие достижения уже не приносили мне счастья. Я просто разучилась быть счастливой.

«В какой-то момент мир стал для меня серым», – последние слова Лань Сюэ не произнесла вслух.

Когда наступил тот самый момент, когда мир утратил все цвета? Когда голубое небо затянулось серыми тучами? Наверное, когда ее брат не жаловался, что его тарелка наполовину пуста, что воспитанию и обучению Лань Сюэ уделялось куда больше времени, чем его. Точнее, его вовсе не обучали, а держали в доме в качестве прислуги и подмастерья. Но он совсем не жаловался, напротив.

Лань Сюэ задавалась вопросами каждый день, но так и не получила никаких ответов. Она была холодна и жадна на чувства с самого рождения, а ее брат был более мягкосердечным и жизнерадостным. Там, где демоница была слепа, Лань Шицан видел скрытые возможности и умел радоваться даже маленьким достижениям. Она научилась видеть краски мира в его глазах. Научилась чувствовать благодаря ему. Ей нравилась та версия себя, которой она становилась, когда была рядом со своим младшим братом, а потом его забрали, и она снова осталась одна.