Книга Книга Азраила, страница 190 – Эмбер Николь

Он отвел от меня взгляд.

— Я… думал.

Я снова закатила глаза и продолжила идти, на этот раз поднимая ноги чуть выше.

— Как скажешь. Слушай, я могу попытаться перенести нас поближе.

— Нет. Ты уже пыталась, и в результате мы оказались еще дальше. Лучше мы пойдем пешком.

Я громко вздохнула, чтобы он понял, как сильно он меня раздражает. Он размахивал своим светящимся клинком, разрезая густую дикую листву. Тишина действовала мне на нервы, поэтому я решила сделать то, что у меня получалось лучше всего: заговорить.

— Дрейк – мой близкий друг.

Лиам остановился на полпути, как будто мой голос его испугал. Затем он кивнул и продолжил разрубать растения.

— Он принц-вампир, но редко ведет себя в соответствии со статусом. Итан – его брат и король вампиров. Короче говоря, их семья пришла к власти, и теперь они правят всеми вампирами на Онуне. Не думай, что их много – на самом деле их популяция на Онуне довольно малочисленна.

Он взмахнул мечом, и несколько веток перед нами упали на землю.

— И как можно прийти к такой власти?

— Дело в семье. Каден завербовал их задолго до того, как появилась я. Тогда Итан еще не был королем, но с помощью Кадена он пришел к власти. Несколько других вампирских семей были против, но ты и сам знаешь, что когда дело доходит до власти, никогда не обходится без недовольных. Кому, как не тебе, это понимать.

Я наклонилась и перелезла через большое бревно. Лиам поднял его и отшвырнул в сторону, как какую-то палку.

Он пожал плечами, и я подумала, что он решил возобновить свою игру в молчанку. К моему удивлению, он все же ответил:

— В какой-то степени да. Никто не был в восторге от того, что я стал королем, – включая меня самого. Это больше, чем просто титул. Вместе с короной пришли и обязанности, которые тяжким грузом легли на мои плечи. Люди, которые верили каждому моему слову и следили за каждым моим движением… – Он остановился, словно вернулся в какой-то недоступный мне уголок своей памяти. – Это сбивает с толку, и я никому не пожелаю через такое пройти.

Это пробудило мой интерес.

— Итак, если бы у тебя был шанс – чисто теоретически, – ты бы отказался от власти?

Наши взгляды встретились, и в глубине его глаз что-то вспыхнуло.

— Чтобы не быть королем?

Я кивнула.

— В мгновение ока. Если бы я смог быть кем захочу, делать все, что захочу, я бы отказался от власти.

На лице Лиама промелькнуло чувство вины, и он покачал головой. Вздохнув, он продолжил идти вперед. Следующие слова он произнес так тихо, что я с трудом их услышала.

— Но я не могу.

Я последовала за ним.

— Я никогда никому этого не говорил. – Он оглянулся на меня. – Пожалуйста, не рассказывай об этом.

Я подняла руку.

— Клянусь мизинцем.

Он даже не попытался улыбнуться. Выражение, мелькнувшее на его лице, напомнило мне Лиама, которого я встретила несколько недель назад, а не того, кто разговаривал со мной перед тем, как уснуть.

— Не будем об этом.

— Хорошо, – сказала я и опустила руку.

Лиам повернулся и пошел прочь. Снова было тихо, и эта тишина причиняла мне боль. Чаще всего наше совместное времяпрепровождение было раздражающим, но иногда мне было по-настоящему весело. В моей жизни уже очень-очень давно не было ничего веселого – настолько, что я успела забыть, как мне это нужно. Перемена в настроении Лиама заставила меня чувствовать себя совершенно потерянной.