Книга Трон сломленных богов, страница 383 – Эмбер Николь

Самкиэль дернулся и стиснул зубы так сильно, что из его рта потекла кровь. Я опустила руку.

— Прости. Прости. Прости меня. Черт. Почему это не работает?

Я нервно убрала за уши волосы, размазывая по лицу кровь. Отчаявшись, я огляделась в поисках помощи, заранее зная, что ее нет.

— Все нормально.

— Ты можешь себя исцелить? Использовать ту силу, которая у тебя осталась?

Он слабо покачал головой:

— У меня не осталось сил.

— Что это значит?

Он не ответил, закрыв глаза.

— Самкиэль, – воскликнула я, тряся его за плечи, – что это значит?

Его грудь медленно и слабо вздымалась.

— То, что от меня осталось… – Он остановился. – Отец привязал мою силу к королевствам. Всю мою жизненную силу. Поэтому я стал таким слабым после того, как миры открылись.

Ярость захлестнула меня, чистая и ослепляющая. Я бы разорвала Унира на куски, если бы он был еще жив. Мои ногти превратились в когти. Я их ненавидела. Я ненавидела их всех. Эгоистичные, самодовольные боги. Как он мог сделать такое со своим сыном?

— Тебе нужно уходить. Нисмера придет за тобой. Они все придут.

— Нет, я не оставлю тебя. Я больше никогда тебя не оставлю, ясно? Я обещала.

Он кивнул и повернулся ко мне, пытаясь приблизиться.

— Я чувствую их. Царства открываются. Их очень много. Очень.

— Хорошо, тогда мы справимся с этим вместе. Просто скажи мне, как тебе помочь. Пожалуйста.

Я притянула его ближе, дрожь страха пробежала по мне с каждым тяжелым вздохом. Если бы я только могла вложить в него свое тепло и жизнь.

— Ты весь мой мир. – Он посмотрел на меня, и мое сердце разбилось. Его некогда яркие глаза потемнели. – Я не переставал думать о тебе с тех пор, как тебя встретил. Находясь с тобой, я наконец почувствовал то, чего желал и искал целую вечность. Ты пробудила меня и дала мне причину жить. Ты заставила меня почувствовать, что меня достаточно. С тобой я никогда был Губителем Мира. Я не чувствовал себя ничтожным. Ты то, что я искал всю свою жизнь. Ты, Дианна, завоевала мое сердце задолго до того, как я коснулся твоего.

— Самми.

Я не могла сдержать слез. Моя грудь тяжело вздымалась, и я попыталась еще раз прижечь его рану. Он зашипел от боли и схватил меня за руку, чтобы остановить.

— Я столько раз жалел, что сбежал после того, как погиб мой мир. Возможно, тогда я бы услышал твой зов. Возможно, я нашел бы тебя и Габби. Тогда я бы тоже тебя любил.

Любовь.

Любовь.

Это слово. Это проклятое слово.

Мое сердце разбилось, моя душа разлетелась на миллион кусочков, и каждый осколок принадлежал ему. Я опустила голову, прижавшись к нему лбом. Сосредоточившись, я пыталась влить свою силу в него и остановить то, что так неумолимо приближалось. Слезы затуманили мое зрение, обжигали щеки и градом падали на пол.

— У тебя ужасный вкус на женщин, – выдавила я сквозь рыдания.

Его тело задрожало, и с его губ сорвался влажный булькающий звук – словно он пытался засмеяться, даже находясь на грани смерти. Одно движение, один звук, а затем полная тишина. Самкиэль прижался ко мне, его рука упала с моей руки, и мир замер.

Мои кошмары сбывались. Самкиэль носил ту же одежду – теперь я знала, что это форма Совета. Его лицо, о боги. Весь цвет исчез с его кожи. Я его потеряла.

Нет, я не могла.

Если бы я остановила кровотечение, я бы смогла… Я пошевелила руками, используя свою силу, чтобы снова попытаться прижечь рану. На этот раз Самкиэль не вздрогнул и не пошевелился. Отстранившись, я увидела, что рана больше не кровоточит, но не потому, что я его исцелила.