Книга Трон сломленных богов, страница 317 – Эмбер Николь

Самкиэль ждал.

— Я видела кроваво-красную Луну в незнакомом мне мире. Возможно, это просто мои фантазии, потому что Каден заставлял нас изучать лунные циклы. Почему бы мне не увидеть во сне Луну? Но я услышала одно слово. То самое слово – равноденствие.

— Равноденствие?

Мои плечи поникли, и я сцепила руки в замок.

— Я не знаю, что это значит и имеет ли это значение, но также я видела три фигуры.

Самкиэль неестественно замер.

— Сколько фигур?

— Три. Я не видела их лиц, но они носили короны. – Его челюсти сжались, и я знала его достаточно хорошо, чтобы заметить беспокойство, омрачившее его черты. – Ты тоже их видел.

— И кроваво-красную Луну.

Я не стала спрашивать, почему он мне об этом не рассказал. Я не злилась. Последние несколько месяцев были настоящим хаосом, но сейчас мы наконец воссоединились. Каждый разговор с ним приносил мне непривычное чувство покоя.

— Хорошо, значит, теперь я тоже вижу пророческие сны? Добавьте это к моему списку странностей.

Уголки его губ дернулись вверх, но затем он задумался, потирая рукой подбородок.

— Неверра сказала, что в Йеджедине она слышала упоминание о большом небесном событии. Возможно, это и есть равноденствие. Но мы проверили: никаких масштабных небесных явлений в ближайшее время не предвидится. Ничего достаточно мощного, чтобы провести ритуал.

Я медленно выдохнула, пытаясь вспомнить детали сна. Теперь они казались такими туманными и далекими.

— Я не знаю, Самкиэль. Может, это был всего лишь сон, мой разум пытался осмыслить все, что произошло, и перепутал события. Но мои инстинкты подсказывают, что это все не случайно.

— Я не сомневаюсь в тебе, Дианна. Но Луна могла быть просто символом. Сны трактуются по воле того, кто их видит. Луна символизирует перемены и ход времени. А ты пережила много судьбоносных перемен и потрясений.

Я положила руку под подбородок и вздохнула.

— Какой ты умный.

Он робко ухмыльнулся.

— Ты снова флиртуешь.

— Думаю, это только начало.

Я потянулась за бумагами, но его рука сжала мою.

— Дианна.

— Да?

— Тебе следовало взять меня с собой. – Он пристально посмотрел на меня, и я опустила взгляд, глядя на лист бумаги под нашими руками. – Тебе не нужно проходить через это в одиночку.

Я пожала плечами.

— Я была не одна. Со мной пошла Неверра.

— Неверра была с тобой?

Он склонил голову набок и выглядел скорее любопытным, чем злым, но меня беспокоило кое-что другое. Я проигнорировала его вопрос, не в силах справиться с сомнениями.

— Это значит, что Габби не моя сестра? То есть я понимаю, на что смотрю, и знаю, что там написано, но…

— Это ничего не меняет.Ничего, Дианна. Она по-прежнему была, есть и всегда будет твоей сестрой. Той самой, с которой ты выросла, той самой, с которой ты прожила жизнь, той самой, ради которой ты была готова умереть, ради которой жила и за которую боролась. Кровное родство – не то, что делает семью семьей. Поверь мне.

Я ему верила. Самкиэль всегда говорил мне правду. Я наклонилась вперед, схватилась за его доспехи, притянула к себе и поцеловала. Один раз. Второй. Третий, и я отстранилась и снова села напротив.

— Теперь ты меня целуешь?

— Мне нужно было рассказать тебе, что я сделала, прежде чем ты меня поцелуешь. Я не хотела, чтобы ты думал, что я тебя обманываю или манипулирую. Я знаю, что это такое, и не хочу, чтобы ты чувствовал это с моей стороны, Самкиэль. – Я одарила его ангельской улыбкой и начала собирать документы. – К тому же ты был очень милым.