Книга Трон сломленных богов, страница 263 – Эмбер Николь

— Клянусь мизинцем.

Наши пальцы остались сплетенными. Мои глаза закрылись, и впервые за очень долгое время я не боялась кошмаров. Я провалилась в сон, но могла поклясться, что посреди ночи его руки обвили мою талию и притянули меня к себе – мое тело прижалось, мы словно были созданы друг для друга. Он крепко меня держал, и на этот раз мне не казалось, что мой мир разрушен.

На этот раз мои сны были не о смерти, крови и огне, а о вздохах, стонах и смятых простынях. Руки сжимают мои бедра, пальцы, унизанные серебряными кольцами, впиваются в мою кожу. Прижатые друг к другу тела, умоляющие о новых касаниях, о поцелуях и укусах. Щекотка щетины на моих бедрах.

Я проснулась со вздохом на губах, разгоряченная и дрожащая. Меня охватил ужасный голод, но дело было не в еде.

Я протянула руку в поисках лежащего рядом со мной бога, но коснулась пустых простыней. Повернув голову, я поняла, что здесь никого нет, и села на кровати. Луч солнечного света пробивался сквозь щель в плотных шторах. Я сдула с лица прядь волос, и волна разочарования сменила нестерпимое желание, кипевшее в моих венах всего несколько секунд назад. Я откинула одеяло и разочарованно пошлепала по полу. Схватив тонкий халат, я накинула его поверх майки и брюк.

Услышав голоса на кухне внизу, я направилась туда.

— …в этом проблема. Многое кажется бессмысленным.

Имоджин держала большую тетрадь, листая что-то похожее на картинки или фотографии. Самкиэль оперся на стойку, внимательно рассматривая бумаги в ее руках.

Да, Имоджин теперь была его советницей. Прошлого я убила.

Мой желудок не сжимался при виде нее, как прежде. У меня не было непреодолимого желания вцепиться ей в глотку. Единственное, чего мне хотелось, – сорвать эту чертову форменную одежду с Самкиэля. Зубами. Мне был нужен он.

— Доброе утро, – сказала я.

Имоджин и Самкиэль были так увлечены разговором, что не услышали, как я вошла. Имоджин повернулась ко мне, широко раскрыв глаза.

— Доброе утро, – сказала она нерешительным тоном.

— Дианна, – Самкиэль встал, – когда ты…

Он не договорил, закрыл папку с бумагами и протянул ее Имоджин.

Я вошла на кухню и запрыгнула на тумбу, не отрывая глаз от тетради.

— Суперсекретное совещание?

— Да, полностью секретное. – Он ухмыльнулся, поднося к губам чашку с кофе. – Это означает, что я расскажу тебе позже.

Я усмехнулась, наши взгляды встретились. Мы смотрели друг на друга – напряжение буквально искрило между нами. Имоджин откашлялась и переступила с ноги на ногу.

— Ребята, вы уже позавтракали? – спросила я, наклонившись вперед, чтобы оценить ассортимент хлопьев, выпечки и фруктов.

— Нет, – ответил Самкиэль. – Я проснулся совсем недавно. Просто не хотел тебя будить.

Я выбрала одну из булочек и невозмутимо сказала:

— Жаль. Тебе следовало остаться. Я бы тебя разбудила. Сегодня я чувствовала себя вполне щедрой.

Он поперхнулся, его лицо покраснело от кашля. Я чуть заметно улыбнулась и откусила кусочек слойки, прежде чем повернуться к Имоджин:

— Извини, в последнее время я веду себя как стерва. Я бываю несносной. – Я прижала руку ко рту, прожевала и пожала плечами. – Иногда… ну, большую часть времени.

Она снова невольно открыла рот – выглядело так, будто хотела что-то сказать, но не смогла.

Самкиэль вытер уголок рта, его глаза горели желанием. Мои слова попали точно в цель, и я знала, что сейчас в его голове мелькают те же запретные воспоминания, которые разбудили меня утром.