Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 9 – Эмбер Николь

Онуна изменила мой взгляд на архитектуру. Я успел забыть, насколько огромными и величественными были большинство здешних дворцов, а больше всего на свете Мера любила изящные вещи. Шторы, расшитые силуэтами извивающихся безногих могучих зверей, украшали двери и окна, а длинные кисточки боевых знамен ниспадали на каменные полы.

Мы повернулись и последовали за Нисмерой. Исайя приобнял меня за плечо и слегка его сжал.

— Ты был таким тихим с тех самых пор, как вернулся, брат. Я думал, ты будешь рад меня видеть.

Я сглотнул растущий ком в горле. Я был счастлив его видеть. Был счастлив, что покинул проклятую Онуну, но ноющая боль все еще грызла меня изнутри. Было кое-что, чего я не мог и не хотел забывать.

— Ты чудовище, – насмешливо сказала она.

— Я бросил все, искал эту проклятую книгу, надеясь, что найдется другой способ тебя удержать. – Моя рука скользнула по ее щеке, но она с отвращением отстранилась. – Я люблю тебя.

Мы шагали по белоснежным коридорам, блики сверкали на гладком, безупречно отполированном каменном полу. Поднимаясь по грандиозной лестнице, Нисмера о чем-то со мной болтала, но мой разум был занят совсем другим. Так продолжалось уже долгие недели. Я думал о ней и о том, как ее вернуть, но на этот раз у меня был план. Самкиэль мертв. В этом и других мирах у нее больше никого не осталось – никого, кроме меня.

Стражники распахнули большие двери, и болтовня внутри огромной каменной комнаты тут же стихла. Члены Ордена окружили длинный стол, заваленный картами и свитками. Между ними стояли маленькие каменные фигурки-тотемы. Охрана Нисмеры последовала за ней, заняв свои места в четырех углах комнаты.

Одним движением руки Нисмера распахнула тяжелые шторы. Солнечный свет залил комнату, создавая мнимое ощущение тепла и покоя, но я прекрасно знал, что богиня, управляющая этим царством, могла уничтожить всех нас лишь одним шевелением брови. Унир и Самкиэль превратились в пыль, а ни Исайя, ни я не могли сравниться с ней по силе и могуществу. Ни одно живое существо не могло.

— Доброго рассвета.

Нисмера наклонила голову, когда стражник отодвинул для нее стул. Откинув плащ, она села. Последовав ее примеру, Исайя и я заняли свои места слева и справа от нее, а после это сделали и все остальные.

— Доброго рассвета, – повторили все присутствующие, когда Нисмера хлопнула рукой по столу.

— Это лишь малая часть реликвий и свитков, которые мы нашли на останках Раширима, – сказал Джерайя.

Джерайя был советником, который, как и другие, предал Самкиэля, делая вид, что они работают на него, – в действительности Нисмера правила Орденом еще со времен Войны Богов. Она методично и незаметно расставляла своих людей на нужные должности до того момента, пока абсолютно вся власть не стала состоять из ее свиты. Она была безупречным стратегом, чему научила и меня.

Джерайя подвинул к ней кучу записей, и Нисмера принялась быстро листать их. Пот выступил на его лбу, и я почувствовал запах страха, наполнивший каждый уголок этой комнаты. Что ж, умно с их стороны.

— Почему он все время смотрит на ту блондинку? – спросил Исайя, кивнув в сторону Джерайи.

Я проследил за его взглядом. Он действительно смотрел на Имоджен, даже когда разговаривал с Нисмерой.

Я пожал плечами.

— Наверное, они были любовниками, когда у нее еще был собственный разум.