Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 314 – Эмбер Николь

Он улыбнулся и провел рукой под кровоточащим носом.

— Не одержимость. Любовь.

— Я в комнате с трупами, но именно из-за этих слов меня тошнит.

— Хватит валять дурака! – крикнул Исайя из-под обломков. – Заколи ее, и мы сможем вернуться домой.

Заколоть меня? Я отступила от Кадена. Он улыбнулся и вытащил из ножен светящийся кинжал.

Я усмехнулась, и мой страх улетучился.

— Типичный Каден. Меня пронзали мечом побольше.

— Сомнительно, – ухмыльнулся он.

Исайя выполз из дыры, проделанной его телом в стене. Я продолжала держать их в поле зрения, ожидая следующего шага.

— Этот клинок все исправит, Дианна. Больше никакой ослепляющей ненависти или разбитого сердца.

Я присмотрелась к кинжалу повнимательнее, и у меня перехватило дыхание. Это был не просто какой-то светящийся артефакт, чтобы потешить его самолюбие. Нет, этот клинок был пропитан магией. Магией, созданной для того, чтобы…

— Ты, черт возьми, издеваешься надо мной?

Каден покачал головой.

— Я могу все это исправить. Ты ничего не вспомнишь. Я смогу заставить тебя полюбить меня снова.

Я поджала губы и зашипела, обнажая клыки.

— То, что нас связывало, не было любовью. Нельзя любить и относиться друг к другу так, как мы. Ты ничего не знаешь об этом слове.

— Это ложь. Я знаю, что скучаю по тебе.

Я заметила, как Исайя сделал шаг вправо, а Каден – влево. Я попятилась, чтобы видеть их обоих. Каден пытался отвлечь меня и подобраться достаточно близко.

Он крепче сжал рукоять клинка.

— Я знаю, что ты мне все еще небезразлична, и, что бы я ни делал, я не могу избавиться от тебя даже в своих гребаных венах. Ты – это я, Дианна. Так было всегда.

— Ты убил мою сестру, – я выплюнула эти слова ему в лицо, как кислоту, держа поднятыми кулаки. – Ты убил моего амату, а теперь хочешь стереть воспоминания о единственном мужчине, которого я когда-либо любила?

— Между нами что-то было, – резко ответил Каден. – Между тобой и мной. Сейчас здесь нет никого, кроме нас. Ты не можешь этого отрицать.

— Отрицать? – усмехнулась я. – Ты само противоречие. Конечно, ты будешь умолять меня вернуться после того, как окончательно уничтожил все чувства, которые я когда-либо испытывала к тебе. Между нами что-то было? Может быть, много лет назад. Я пыталась. Ты меня отверг. На самом деле ты в буквальном смысле отказался от меня.

— Я был вынужден, – Каден практически кричал. Исайя с изумлением наблюдал за нашей перепалкой. – Теперь ты знаешь все. Всю правду. Почему я поступил так, как поступил, почему я был вынужден…

— Скажи это! – выпалила я. – Скажи мне, почему ты был вынужден убить ее, забрать ее у меня, или объясни, как ты мог использовать ее, чтобы заставить меня подчиняться тебе. А? Скажи это.

У Кадена заходили желваки, но он не взорвался от гнева, как я ожидала.

— Я могу стереть это. Боль, которую ты чувствовала, боль, которую ты испытываешь сейчас. Мы можем вернуться к тому, что было раньше.

— Ты имеешь в виду, когда ты забывал о каждом моем дне рождения? Или когда ты не мог вспомнить, какую еду я не ем? А как насчет моего любимого цвета, а? Мест, которые мне нравятся? Моих самых дорогих воспоминаний? Что заставляет меня смеяться, Каден? Что заставляет меня улыбаться? Что заставляет меня плакать? Ты не знаешь, потому что тебя там не было. Тебя никогда было. Нас не было. Ни счастливых моментов, ни любви, потому что я была не более чем твоей марионеткой. Оружием, которое ты заточил и использовал. Ничего не было. Ничего нет. Ты. Просто. Ничто. Для. Меня.