Книга Рассвет проклятой Королевы, страница 148 – Эмбер Николь

— Хорошо, – сказал он.

Он отложил топор и отбросил несколько крупных камней, но даже не обернулся.

— С Логаном все то же самое, но я за ним приглядываю. – Я вздохнула. – Я пыталась заставить его есть или пить воду, но ничего не вышло. Думаю, в таком состоянии ему это не нужно, но я продолжаю искать информацию в книгах. Может, так нам удастся выяснить что-то еще.

Он снова взял топор.

— Ладно.

Я раздраженно оттолкнулась от стены.

— Ладно, ладно. Ты продолжишь бросаться в меня односложными ответами или все-таки скажешь, что происходит? Кроме того, что ты застрял в этой потной подземной смертельной ловушке.

Тишина.

— Сами.

Его плечи поникли, и он опустил топор, приставив его к соседней стене. Затем он повернулся ко мне лицом, скрестив руки, жилистые мышцы на его плечах и груди напряглись.

— Я знаю, что сейчас много всего происходит, но когда ты наконец соизволишь открыться мне?

Мое сердце замерло.

— О чем ты?

Нет, он не может знать. Мое сердце забилось, холодная волна ужаса скользнула по моей спине.

— Не притворяйся скромницей. Думаешь, я ничего не замечаю? Как будто я не обращаю на тебя внимания. Я заметил это еще в Нефритовом городе и ждал, что ты сама что-нибудь скажешь, но ты этого не сделала. Я знаю, что многое изменилось со времен Онуны, со времен Раширима, но думал, что в конце концов ты решишься сама мне сказать.

Я ничего не ответила. Часть меня была в замешательстве относительно того, что именно он имеет в виду, а другая ненавидела себя за то, что я нагородила столько лжи. Я впилась в него глазами. Самкиэль понятия не имел, насколько он прав. Так много всего изменилось. И тут меня осенило. Каждый раз, когда он смотрел на меня в последние несколько недель – это были не просто тоскливые взгляды. Нет, он беспокоился обо мне. Часть моего черного сердца разбилась с такой силой, что я перестала ощущать жгучий голод и пустоту в желудке.

— Я знаю, что ты не ешь здешнюю еду – она, безусловно, не самая вкусная, но ты ничего не ела и в Нефритовом городе, – сказал он. – Так что мой следующий вопрос: скольких ты там обескровила?

Облегчение нахлынуло на меня теплой волной, отгоняя воспоминания о мертвом холодном теле на моих руках и моего залитого слезами лица, умоляющего Самкиэля остаться со мной. Он ничего не знал о моей мольбе и о том, что я угрожала самой Вселенной. Мне не придется столкнуться с разочарованием и страхом в его глазах, потому что я напугала саму Смерть местью и разрушениями. Он всего лишь беспокоился о моем пропитании.

— Только одного, – прошептала я, открывая ему единственную правду, которой могла поделиться. – Это была Килли. После поездки в Тарр я все еще была сыта. Не знаю, почему теперь мне так хочется есть и почему кровь – единственное, что я могу удержать в желудке дольше получаса. Это единственное, чего я жажду. – Я пожала плечами. – Прими это как факт. Сейчас у нас есть более важные поводы для беспокойства, чем проблема, у которой, как мы оба знаем, нет решения.

— Дианна. – Он опустил руки. – Я не знаю, как выразиться еще яснее. Ты для меня важна. Так что да – независимо от того, что происходит вокруг, это меня беспокоит.

Я уставилась в землю, умоляя ее поглотить меня целиком – что угодно, лишь бы избежать взгляда, которым он меня буравил.