Книга Мертвые земли Эдеса, страница 76 – Софья Шиманская

— Арвина, – коротко сказал Луций и с удовольствием отметил мягкий блеск в ее салатовых глазах, – я могу начать видеться с ним чаще. По крайней мере, так будут думать его отец и няньки-наемники. А он в это время сможет посещать этот чудный двор.

Талия притихла, колупая ногтем хрустящую корочку.

— Нет, я пока не готова, – помедлив, отстраненно сказала она и вдруг рассмеялась с какой-то горечью: – Он мне мяса притащил, представляешь?

— Я подсказал, – Луций качнул глиняной бутылкой и шутливо поклонился, – скажи, чего ты хочешь?

— В том, чего я хочу, ты мне не помощник.

Луций внимательно наблюдал за ней.

— Ты любишь Арвину?

— Шлюхи не любят, Луций. Даже такие, как я, – она усмехнулась, – не вскрытые. А те, кто любит, жалеет об этом.

Несмотря на холодные слова, на мягкой белой коже Талии проступал легкий румянец – почти такой же, какой он видел у Арвины, только у него он был скорее персиковый, а у нее – цвета малины с молоком.

— Могу быть посыльным. – Он взял пирожок и задумчиво уставился на него, внезапно осознав, что за весь день у него во рту не было ни крошки. Аппетита так и не появилось, поэтому он передал пирожок Талии и сделал еще несколько глотков. – Хочешь передать ему послание?

— Верно, – кивнула Талия и вдруг пристально посмотрела на него, наклонив голову набок, – что с тобой?

— А что со мной? Все в порядке.

— Ты прикончил бутылку чистого вина меньше чем за четверть часа, – медленно произнесла она, – ты не в порядке.

— Я просто устал, – Луций отвел глаза, избегая ее настойчивого внимания, и демонстративно отставил бутылку, – так мы договорились?

— Нет, если ты не объяснишь, что случилось, – промурлыкала Талия, – где твой раб?

— Не могу же я постоянно таскать его с собой.

Бутылка хорошего сатвийского красного давала о себе знать и мешала должно держать лицо. Луций чувствовал, как небрежность в голосе дребезжала отчетливой фальшью.

— И все же ты таскал. – Талия грубо подцепила пальцем его подбородок, всматриваясь в его глаза. Луций раздраженно отбил ее руку и отвел взгляд. – Ты чего-то мне недоговариваешь, Эдера. Можешь хранить свои секреты. Меня они не касаются. Но ты просишь меня об услуге, которая может доставить мне неприятности. И в этом случае это мое дело.

— Не все в порядке, – у Луция не осталось сил сопротивляться, – но я клянусь Юпитером, к моей просьбе это не относится. Это… личное.

Во рту стало горько. Вкус последнего слова захотелось смыть.

— Личное, говоришь? – Она исследовала его лицо взглядом, ощупывала, как обезьянка цепкими маленькими лапками, пока наконец ее губы не изогнулись в ехидной улыбке. – Ну, как скажешь. Хорошо. Внутренние коридоры твои.

— Спасибо.

— Я отдам письмо для Арвины в тот же день. – Талия поднялась и направилась к двери, но вдруг обернулась. – Знаешь что, Эдера? Не считай себя умнее других. Передавай привет своему рабу, он мне нравится.

Прежде чем Луций успел придумать достойный ответ, она исчезла в доме.

Сраный сокол.

Луций откинулся к стене и откупорил вторую бутылку. Желудок приятно сжался, голова гудела от вина. Луций отчаянно перебирал варианты, чем еще скрасить вечер. Возвращаться домой не хотелось. Он тоскливо уперся затылком в стену и уставился в темное небо. Печати Света, которые освещали улицы Верхнего Города, окрашивали низкие облака золотистой дымкой.