Книга Мертвые земли Эдеса, страница 62 – Софья Шиманская

— Послушай! Меня полностью устраивает моя жизнь. – Неожиданно для самого себя Луций вскипел. Он вырвал свою застежку из пальцев Орхо. – Я люблю вещицы из Тала. Еда у вас отличная, музыка приятная. Так вышло, что я говорю на вашем языке. Но я патриций. Я маг Старшей Ветви, – он надменно скривил губы, – мы действительно не так хорошо ездим верхом. Наши паланкины носят рабы, и они хотя бы под себя не гадят. Я не стану носить штаны и отращивать патлы до колена. И не променяю котийское вино на кислый сидр.

— Ты предпочитаешь вино из Натры, настоянное на таволге. Оно настолько горькое, что скоро лавочник начнет мне доплачивать за то, что я единственный, кто его покупает, – Орхо усмехнулся и нарочито демонстративно пропустил свои длинные волосы сквозь пальцы, – и я ни разу не видел тебя в паланкине.

— Неважно, – отмахнулся Луций, – я не знаю, от чего ты бежишь, раз предпочел жить со мной на положении раба, но я не намерен меняться с тобой ролями.

— Разве я предложил тебе рабство? – Орхо шагнул к нему, мягко звякнув кольцами в ушах. Приподнял подбородок Луция, заглядывая в глаза. – Я предлагаю тебе Север. Север не ждет покорности. Север не мстит. Тебе не придется скрывать свое лицо, свою магию и свое происхождение.

Луций дернул головой и отступил на шаг.

— Если ты соскучился по родным местам, я тебя не держу.

— Я не хочу возвращаться.

Луций подарил ему долгий недоумевающий взгляд.

— Я тебя не понимаю.

— Однажды поймешь, – Орхо улыбнулся немного грустно, – я подожду.

Луций бессильно опустился на скамью у стола и подпер голову ладонью, изучая Орхо. Тот принялся собирать еду с кровати.

Кровь Тала шумела в висках, мешала сосредоточиться. Луций пытался прочитать хоть что-то на лице Орхо, понять мотивы его противоречивых заявлений – и сдался. Прикрыв глаза, он растер онемевшую кожу и вдруг вскинулся, уцепившись за почти ускользнувшую мысль.

— У тебя есть рудники?

— Да, торбенитовые.

— Да кто ты такой?

Губы Орхо расплылись в бессовестном оскале.

— Поедешь со мной – узнаешь.

Луций укоризненно покачал головой. Развести его на любопытство было хорошей тактикой, но не сегодня.

— Илма рассказывала про лунные пески, – подумав, сказал он, – коса в какой-то бухте, которая светится по ночам.

— Да, это на западе, почти на границе Старого Тала. Я там не был.

— Я бы на это посмотрел.

— Поехали?

— Нет.

Луций сидел на столе и сверлил взглядом дверь своих покоев. Нетерпеливое возбуждение покалывало пальцы, и Луций едва сдерживался, чтобы не начать болтать ногами, как школяр. Дел было невпроворот, проклятый отчет для Публия висел дамокловым мечом, но сегодня у него был законный повод бездельничать – Эстасовы игры. Главный осенний праздник Республики.

Луций рассеянно подхватил со стола какой-то шипастый фрукт, оставленный Праймусом, и стал колупать жесткую корочку. Орхо должен был вернуться с минуты на минуту. Обычно к моменту пробуждения хозяина он уже был в комнате – с чистой водой, стопкой свежей одежды и невозмутимым лицом. Он подходил к обязанностям раба с очаровательной серьезностью. Не позволял Луцию самостоятельно расчесываться и бриться, а право мыться по утрам без его участия Луций отстаивал с боем. Орхо следил за опрятностью одежды Луция внимательнее, чем в свое время это делала Илма. Но при этом даже пальцем не касался кошмарного бардака в комнате. «Раб не должен трогать хозяйские вещи, так? Я что-то переложу, ты не найдешь этого, обвинишь меня в краже и накажешь,» – сказал он, когда Луций обратил на это внимание.