Книга Мертвые земли Эдеса, страница 219 – Софья Шиманская

Кажется, нахальный боец из ям Нижнего города остался его единственным другом.

Луций обернулся. Не глядя на Терция, он взял его ладони в свои и, едва касаясь ногтем большого пальца мозолистой кожи, синхронно надорвал державшие гладиатора нити.

— Больше не будешь.

Разрыв узды ощущался как невесомый щелчок оттянутой тетивы.

Терций сначала недоверчиво повел плечом, затем улыбнулся – развязно, задиристо. Он демонстративно хрустнул шеей и выпрямился. В этот момент даже идиотский парик, тряпье на лице и мешковатая одежда не могли скрыть его натуры. Он сверкал точно обнаженное лезвие.

— С тобой приятно иметь дело, Эдера.

Луций достал из-за пояса боевой кинжал. Тяжелый, широкий, усиленный печатями, он неудобно лежал в руке и напоминал скорее уменьшенную версию гладиуса. Луций не мог вспомнить, куда делся его торбенитовый клинок. Оставил он его в поместье Авитусов или Рада уволокла его с собой, когда Терций отправил ее на Север? Потерял. Бездарно и глупо. Луция неожиданно охватила досада, настолько острая, что защипало в глазах.

— В поместье Авитусов недавно был пожар. Если переберешься через северную стену забора, попадешь на пепелище. Там под мраморной плитой вход в погреб, а в нем кое-какое мое наследство. Мне его завещать некому, так что забирай. Бонус за хорошую службу, – он протянул кинжал Терцию рукоятью вперед, – держу пари, ты всегда мечтал прикончить патриция. Что ж, давай. Вот твоя возможность.

Терций задумчиво взвесил клинок в руке.

Прежде чем Луций успел передумать, гладиатор подался вперед и схватил Луция за ворот туники, подтянув его к себе так резко, что ткань треснула и затрещала.

— Кто тебе сказал, что я этого еще не делал? – Терций сверкнул клыкастой улыбкой.

Он разжал пальцы и ни с того ни с сего ударил Луция по лицу. В ушах зазвенело. Рот наполнился железным привкусом крови, которой не было. От неожиданности Луций потерял равновесие. Его словно с размаху швырнули в ледяную воду. Терций отстранился прежде, чем Луций успел отреагировать, и хищно облизнулся.

Задыхаясь, Луций рефлекторно ощупал грудь в поисках торчащего клинка между ребрами. Так должен был закончиться этот разговор. Но боевой кинжал был до половины лезвия вогнан в деревянный подоконник.

— Никогда так больше не делай, – выдохнул Луций, ошалело уставившись на Терция.

Сердце яростно колотилось в горле. Тавро горели на коже. Звук собственного голоса, сиплый и неровный, показался ему лучшим, что он когда-либо слышал.

— Никогда – это хорошее слово, – сумасшедший оскал исчез с лица Терция, сменившись привычной самодовольной ухмылкой, – это значит, что умирать ты передумал, и случай еще может представиться. А это верный ход мыслей. – Он постучал по виску, развернулся на пятках и двинулся к двери. – Не хорони себя раньше времени, милаха. Не делай за других их работу. Как закончишь со всеми этими судебными хлопотами, отправь весточку.

Неожиданно для себя Луций расхохотался.

— Но в погреб все равно наведайся. Пусти в дело то, что найдешь. Даже если выживу я, Луций Авитус Эдерион все равно не жилец.

— Этот парень мне никогда не нравился.

Терций отсалютовал Луцию на прощание и тут же снова сгорбился, поник, возвращаясь в свою роль. С глубоким поклоном безвестный раб покинул покои узника.