Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 16 – Александр Галиновский

Затем в толпе появился человек с багром. Спитамен знал его – он был из числа тех, кто спозаранку ходит от дома к дому и будит жильцов громким стуком в окно. Разумеется, не забавы ради – горожане платили ему за то, чтобы быть разбуженными вовремя. Этот человек поднял багор высоко над головой (очевидно, ту самую палку, что служила инструментом его профессии) и резко опустил. Крюк на ее конце клюнул воду в паре локтей от Спитаменовой головы.

Длины багра оказалось недостаточно.

Сверху вновь прокричали, чтобы Спитамен подтолкнул тело.

До этого он не раз видел почерневшие от постоянного холода руки прачек, но не подозревал, насколько студеной может быть вода. Держаться на поверхности становилось все труднее. Сделав усилие, он ухватил мертвеца за край одежды и потянул. Мокрая ткань лопнула с громким треском.

Конец багра вновь погрузился в воду, а затем вынырнул, едва не подцепив самого Спитамена.

Уворачиваясь от злополучного орудия, Спитамен потревожил тело, и оно перевернулось.

Было слышно, как наверху выдохнула толпа.

Стали видны искаженные смертельной гримасой черты синюшного, почти черного лица. Неизвестно, какого цвета у утопленника глаза или какой формы были губы – и то и другое отсутствовало. Наверняка потрудились рыбы из канала (некоторая часть из них попадет в качестве улова на столы горожан победнее уже сегодня вечером). При этом чудовищно раздутое лицо оказалось гладко выбритым, а бакенбарды, вошедшие в моду в последние несколько лет, даже побывав в воде, сохраняли ту форму, которую им придали бритва и ножницы парикмахера,– видимо, благодаря какой-нибудь специальной помаде для волос.

Кожа на лице мертвеца, если не считать участков вокруг глаз и губ, сохранилась, чего нельзя было сказать о руках, и, как догадался Спитамен, не из-за рыб.

Во-первых, руки мертвеца были связаны. Толстый красный шнур впился глубоко в плоть. Кожу вокруг покрывали многочисленные отметины – следы от ожогов. Кончики пальцев мертвеца были странного сизого цвета, и Спитамен с опозданием понял, что видит то, что осталось от ногтей.

Все это были следы пыток, причем, судя по количеству ран, пытали несчастного долго. Значит, хотели выведать нечто важное. А получив желаемое, убили, после чего бросили тело в канал. Подобное случалось сплошь и рядом, разве что обычные похитители действовали с куда меньшим терпением, обычно сразу переходя к отрубанию конечностей.

— Ну же, парень, тащи его сюда!

Это кричал человек с багром, который по-прежнему замахивался своим орудием. Чтобы подцепить утопленника, ему не хватало совсем немного.

Спитамен посмотрел наверх.

На набережной появились торговцы, продававшие мясо на палочках, сладкие пирожные и засахаренные фрукты. Вдали виднелся яркий колпак водоноса. Скорее всего, вода в его ведрах была ненамного чище той, в которой плескался сейчас Спитамен.

Отшвырнув бесполезный лоскут, Спитамен поискал, за что бы ухватиться, и обнаружил на поясе мертвеца кожаный ремень. Уж он-то точно не должен был порваться.

Ремень был широким, и с одной стороны его покрывали металлические клепки, а с другой оба конца были скреплены бляхой.

Спитамен взялся за пояс и потянул.

Под поясом обнаружилось нечто вроде потайного кармана. И этот карман не был пустым. Внутри пальцы Спитамена нащупали мешочек наподобие тех, где торговцы хранят монеты. Сотни таких мешочков ежедневно переходят из рук в руки на любых рынках, и никто не удосуживается развязать один из них и проверить содержимое – обычно торговцы опытны настолько, что по весу определяют нужное количество монет.