Книга Завораш. Разделение ангелов, страница 150 – Александр Галиновский

Спустя какое-то время точно так же поступил и второй невольник.

Губы модификанта растянулись в улыбке, а руки сами опустились и легли на загривки рабов. Поглаживая их, он думал: возможно, его путешествие и последующее за ним добровольное изгнание не будет таким уж неприятным?

Впрочем, разве кто-то мог знать это наверняка?

— Остановись! – закричал архонт, когда Телобан вошел к нему в комнату.

До этого он стучал – долго и упорно, пока архонт, наконец, не отворил дверь. Старик был в домашнем халате, тапочках и… ночном колпаке. Он нес свечу в простой керамической чашке.

Все это никак не вязалось с образом владыки. Сейчас перед убийцей был просто старик. Телобан нанес удар.

Ош давно забыл место своего появления на свет.

До этого он обитал… Толком нельзя сказать, где именно. Это было нечто вроде теплого моря, запертого в громадной полости под землей. Единственными живыми существами там были растущие прямо из илистого дна тонкие черви, которые показались бы обладателю его нынешнего тела омерзительными.

Возможно, один из них и стал первым носителем. Наверняка этот червь умел приспосабливаться лучше, чем его собратья, поскольку уже вскоре покинул темное море и выбрался на сушу. И тогда… Может быть, вторым носителем стал неосторожный пловец, рискнувший проникнуть в грот, где плескалось безымянное «море»? Кто знает?

Тогда Ош еще не имел понятия о времени, поэтому не сказал бы с уверенностью, когда именно это произошло.

Своих первых носителей он не помнил, но точно знал, что их было много. Иногда ему приходилось перемещаться от одного тела к другому по нескольку раз в день. Тела одних оказывались слишком слабыми, чтобы выдерживать его вторжение слишком долго, другие же попросту не годились. Порой тело погибало еще до того, как он успевал перейти в него, и тогда Ошу приходилось скрываться. В такие минуты он был наиболее уязвимым.

Если бы кто-то видел Оша вне носителя, он не заподозрил бы в нем паразита, способного брать контроль над телом, подчинять личность и в итоге изгонять ее: так сильный зверь занимает нору и гонит прежнего, более слабого, хозяина.

Вне тела Ош был похож на лужу темной жидкости. Иногда он принимал форму существа, отдаленно напоминающего собаку: небольшую, покрытую влажной липкой шерстью, торчащей во все стороны, словно иглы. Это и были иглы. Ими, если требовалось, Ош мог колоть, рвать носителя изнутри. У него было две возможности покинуть тело: вытечь в виде крови или проложить себе путь иным образом – через плоть и кости.

За годы Ош привык, что сознание, находящееся в захваченном им теле, сопротивляется. Кто-то – отчаянно, изо всех сил; кто-то – лишь слабо протестуя против вторжения.

Все они в итоге принимали судьбу, смирялись… И погибали. Как личность в предыдущем теле. Как и нынешний носитель.

Ош ощущал его злобу, негодование.

Некоторые кричали, ругались. Другие умоляли, просили, увещевали. Находились даже те, кто, не видя иного выхода, предлагали совместно существовать в одном теле, на равных правах. Этого Ош допустить не мог, как и того, чтобы от прежнего владельца осталось хоть что-то, кроме воспоминаний.

«Где я? Что происходит?» – вопрошало сознание прежнего владельца.

Обладай Ош присущим людям тщеславием, он непременно возгордился бы. Ведь невозможно было поверить, чтобы ангел, столь величественное существо, стенал от боли и страха в кромешной темноте…