Книга Сфинкс, дракон и девочка с птицей, страница 80 – Кэтрин Ранделл

— По личному делу регента, – ответил мальчик, показывая на свою форму.

— Я тебя не знаю, – заявил стражник, – хотя мне известны все люди регента.

— У него особое дело. Лучше не задавай вопросов, – посоветовала козлиная голова.

— Отс-стань, – сказала змея, – а то х-хуже будет.

— Хуже – это как? – прищурился стражник, опуская руку на рукоять меча.

— Представь что-то самое плохое в своей жизни, – предложила львиная голова.

— А теперь умножь на два, – продолжил козел.

Мужчина фыркнул и отступил, но тут его взгляд упал на гаган.

— Гаганы! Эти птицы напали на меня и моих людей! Регент изгнал их из замка!

— Самвел! – догадался Кристофер. – Это ты пытался убить Аню.

Самвел оскалился:

— А ты кто такой? Откуда знаешь мое имя?

Он эффектно выхватил меч из ножен, но Кристоферу было некогда возиться с этим элегантным бандитом.

— Ты можешь укусить его, но не убить, а только вырубить на время? – спросил он у змеи.

— Конеш-шно.

— Сейчас самое время.

* * *

Они уходили в лес, все дальше и дальше.

— Мы уже близко, – сказала Галлия.

Лес благоухал листвой и травами, кишел населяющими его животными. Кристофер представил, как Аня носилась здесь вместе с десятками птиц. А сейчас она была в замке – одна, лицом к лицу с ужасом.

Быть может, принцесса выглядела как кукла, с которой решил поиграть мир, но это впечатление было обманчиво. Аня оказалась яростной, благородной и любящей. Стремительной, как стрела в полете. Редкой и необыкновенной; не потому, что принцесса, а потому, что дружила, как птица, – сначала осторожно присматривалась, а потом распахивала душу нараспашку. В дружбе она была настойчива, как сама настойчивость.

Кусты слева зашевелились, и Кристофер замер, но это оказался всего лишь зубастый аванк, пробирающийся в темноте по своим делам. Мальчик пропустил его, продолжая думать про Аню. Ему нравилась ее целеустремленность и искренность, жажда справедливости и ярость. Как хорошо, что она была вместе с ним в пещере краснокрылых драконов. Как хорошо, что он путешествовал по свету не один. Когда ты вместе с другом, тебе не страшно ничего ни в одном из миров.

Больше всего Кристофер восхищался Аниной смелостью. Человеку, который готов сразиться со смертью ради того, кого любит, можно спокойно доверить себя и свою жизнь.

Внезапно над островом зазвонил колокол. Эти звуки были слышны везде, даже в самых отдаленных уголках, даже в чаще. Они ударили Кристофера в самое сердце.

— Она выпила яд, – выдохнул мальчик. – Дело сделано.

Галлия горестно вскрикнула. Кристофер прижался к спине химеры. Смерть зависла над ним, и к горлу подступила горечь. Мальчик сплюнул на лесные листья. Смерть была совсем рядом.

Кристофер заставил себя глубоко вдохнуть. Ему было необходимо выполнить важное и срочное поручение, иначе Анин план терял смысл.

— Здесь, – сказала Галлия, – среди этих деревьев.

Кристофер положил за щеку зуб сфинкса и свистнул. Среди лесной зелени замелькало что-то алое и золотое. Оно приближалось.

Солнце, которое взошло в день похорон Ани Арджен, было холодным и ярким.

С момента ее смерти прошло двенадцать часов. Всего двенадцать часов – по часу за каждый год ее жизни, – и можно было обряжать и выносить тело, приглашать скорбящих. Люди и существа разнесли по острову печальную весть о том, что умерла принцесса с волосами лунного цвета, которая вечно бегала по лесу и замку, окруженная птицами с золотыми клювами.