Книга Однажды я стала принцессой. Книга 3, страница 7 – Плутос

— Из-за этого я даже подумывал всех там перебить.

П-перебить? Кого? Главного деда?!

— Но ограничился лишь тем, что разрушил лабораторию.

Я почувствовала облегчение. Нет, я не думала, что Лукас мог действительно убить главу башни. Но он говорил так искренне, что легкое беспокойство меня все же не оставляло.

— Я просто подумал, что ты меня возненавидишь, если я всех убью.

— Конечно! Взрослые люди должны уметь контролировать свой гнев…

— Но от одной мысли об этом мне снова становится плохо.

— Что?!

Какой непредсказуемый парень! Почему у него вдруг снова испортилось настроение?! Следующие слова Лукаса поставили меня в тупик:

— Это значит, что я и сам не заметил, как ты стала моим «ограничением».

— Лукас…

— Я даже не злюсь, хотя, по сути, у меня появилась слабость.

Я потеряла дар речи и просто ошарашенно смотрела на парня перед собой.

— Поэтому ничего не принимай от других и никому ничего не дари.

Вш-ш-ш.

Цветок в руке Лукаса тут же рассыпался белым пеплом.

— А то я не знаю, как отреагирую в следующий раз, – с этими словами парень посмотрел мне прямо в глаза, а затем неожиданно исчез.

Пепел бесшумно опустился туда, где секунду назад стоял Лукас. Я все еще сидела в окружении целой горы цветов, но в моей голове крутилась одна лишь мысль.

Лукас… Неужели он мне только что признался?..

* * *

Кхм. Лукас хоть и выдал мне это все… но сам-то хоть понял, что сказал?

Я размышляла о вчерашнем поведении парня. Да, часть его слов походила на признание, и он едва ли не кричал: «Это признание! Я признался! Вот!» Но это не укладывалось у меня в голове.

Ведь это Лукас, у него репутация настоящего подонка. Он из тех людей, которые считают, что все и так принадлежат им. Поэтому я не до конца уверена, что он не наговорил это из чувства собственничества.

Однако, когда мне в голову пришло слово «собственничество», я опешила. Мне ведь показалось? Почему это слово во мне так отозвалось? Он ведь не мог это всерьез говорить! Да он меня еще и своей слабостью назвал…

— Принцесса, как вы поживаете? Мира и процветания Обелийской империи, – пока я была погружена в свои мысли, ко мне кто-то подошел.

— Давно не виделись. Все ли у вас хорошо, герцог Альфиос? – я улыбнулась герцогу, которого впервые за долгое время встретила в императорском дворце.

Он окинул меня взглядом и с улыбкой произнес:

— Спасибо за беспокойство. Невозможно не восхищаться вашей красотой, которая день ото дня становится все неотразимей.

— Герцог Альфиос, а вы с каждым днем все молодеете.

Ха-ха-ха, хи-хи-хи. Со стороны казалось, что мы осыпаем друг друга комплиментами и наслаждаемся общением.

— Вы приехали на встречу с моим отцом?

— Да, верно. – Мистер Снежок откашлялся и тихо продолжил: – Вообще-то сейчас во дворце находится мой сын.

— Вот как?

— Он узнал, что один из членов делегации из Арланты – рыцарь, с которым он вместе учился, пока был за рубежом.

— Понятно.

За километр было видно, с какой целью герцог Альфиос рассказывал мне об этом, поэтому я не стала идти у него на поводу. Мой односложный ответ заставил мужчину нахмуриться.

На его лице читалось: «Поверить не могу, что она так холодно отреагировала на новость об Иджекииле!» Он искренне недоумевал. Любой другой человек на моем месте не остался бы так спокоен, узнав, что Иджекиил где-то рядом. Наверняка другие дамы уже бежали бы в его сторону, путаясь в юбках. Но мне куда больше хотелось посмеяться над мистером Снежком.