Книга Однажды я стала принцессой. Книга 3, страница 119 – Плутос

«Мы не причиним тебе зла и не съедим. Мы твои друзья!»

Я всеми силами пыталась донести до девушки, что мы с Лукасом безобидны. Конечно, после похищения это звучало смешно, но все же.

К счастью, мои слова немного успокоили принцессу Атанасию. Но, скорее всего, дело было в другом – она не отрывала взгляда от моего лица. Заметив это, я мысленно застонала и осторожно произнесла:

— Прошу, выслушайте меня.

Когда я впервые встретила принцессу в Рубиновом дворце, я не собиралась ей ничего рассказывать. Но теперь мне показалось, что стоит ей все объяснить хотя бы в общих чертах. Тем более что она вляпалась в это из-за меня, и я не хотела ей еще и лгать.

Я набрала в грудь побольше воздуха и начала говорить.

* * *

— Опять твоя противная рожа. Давай помирай уже, – Лукас сел на подоконник и нахмурился, глядя на мужчину перед ним.

Мужчина, обратившийся в прах в лучах заходящего солнца, ожил и держал на руках младенца.

Нет, «ожил» – неподходящее слово. Он обернул время вспять.

Однако лицо его не было противным, как говорил Лукас. Просто прежде безучастный взгляд теперь смягчился, будто он внезапно открылся миру.

— Лукас, почему ты так на меня смотришь?

Из-за того ребенка.

— А, я понял. Ты тоже хочешь его подержать?

— Ага, щаз, – машинально пробормотал парень в ответ, хотя и знал, что его не услышат.

Мужчина говорил, глядя в сторону двери, а не окна, где сидел маг. Сейчас его не было видно, но, наверное, в прошлом там стоял Лукас.

Через какое-то время мужчина с легким сожалением в глазах опустил протянутые руки. Похоже, что Лукас в прошлом тоже отказался брать на руки младенца. Разумеется. Он его ненавидел. Однако вместе с тем…

— Ой, у нас гость?

Из кухни вышла женщина. Она тоже взглянула в сторону двери, где никого не было, и с улыбкой продолжила:

— Мы как раз собирались ужинать. Лукас, присоединяйся, если хочешь.

— Да, мы давно не виделись. Останься ненадолго.

Он бы принял приглашение, только если бы окончательно свихнулся.

Лукас поджал губы, глядя на семейную идиллию, царившую у этих троих. Женщина вскоре взяла у мужчины ребенка и вышла из комнаты.

— Лукас, – снова заговорил мужчина. – Я тебе это уже говорил, но ты для меня как сын. В этом доме тебе всегда рады.

Парень, освещенный оранжевыми лучами заката, усмехнулся без радости. Перед глазами оживали воспоминания той поры, когда в нем еще оставались человеческие чувства. Но за сотни лет и сами воспоминания, и связанные с ними эмоции поблекли.

— Эй, тогда скажи мне кое-что.

Однако даже сейчас те старые образы причиняли боль.

Лукас поднялся со своего места у окна и подошел к мужчине.

Тот неподвижно стоял и смотрел вслед Лукасу из прошлого.

— Если ты считаешь меня своим сыном, то почему ты так на меня смотришь?

От того тепла, с которым он всего мгновение назад смотрел на младенца, не осталось ни следа. Теперь его взгляд был усталым, отрешенным.

Именно таким Лукас его знал.

У предыдущего мага Черной башни, прожившего куда дольше Лукаса, было лицо человека, давно потерявшего вкус к жизни.

— Если бы тогда с тобой оказался не я, а твой настоящий сын, ты бы так не умер. Если ты все равно собирался умереть, так почему так дрожал, чертов лицемер, а?

Если бы это было в его силах, Лукас бы воскресил его и снова отправил на тот свет.