Книга Город богов и монстров, страница 163 – Кайла Эдвардс

— Не волнуйся. Челюсти, которые обратили твою подругу, заинтересуют их гораздо больше, чем сама подруга.

Лорен судорожно сглотнула, и в наступившей тишине этот звук разнесся по комнате.

— Думаешь, это удачная мысль? – выдохнул Логан.

— Это твой единственный выход. Лучше во всем чистосердечно признаться самому, чем дожидаться, когда тебя кто-нибудь сдаст. Разве не так?

Ноздри Логана раздулись, пальцы сжались в кулаки. Несмотря на то, что он принял оборонительную стойку, Лорен различила страх, мелькнувший в его глазах.

— Это мы еще поглядим.

Поудобнее устроившись на подушках, Дарьен положил одну ногу на другую.

— Ага, – согласился он с улыбкой, которую нельзя было расценить иначе, как угрожающую. – Поглядим.

* * *

За весь остаток ночи Дарьен так и не сомкнул глаз. Но как мракоумертвителю, ему было не привыкать обходиться без сна. Подобные ему переносили усталость лучше людей или вольфов; ему случалось не спать по трое суток и при этом неплохо себя чувствовать.

Зато Лорен и ее подруги уснули на диване сном младенцев. Почти всю ночь Дарьен провел переписываясь с Дьяволами в групповом чате, предупреждая их, что неприятности могут обрушиться не только на вервольфов, но и на всех, кто замешан в этом деле, в том числе на Сабрину. Бедная девчонка избежала смерти лишь затем, чтобы над ней нависла новая угроза.

Ближе к пяти часам утра сообщений от Дьяволов стало приходить все меньше, промежутки между ними увеличились, на большинство вопросов уже нашлись ответы, все доводы были рассмотрены. Дарьен поймал себя на том, что поглядывает на Лорен, спящую между Сабриной и Даллас. Если уж начистоту, на том, что обращает на нее взгляд, он ловил себя гораздо чаще, чем был готов признать.

Он обнаружил, что в ней есть чистота, вызывающая у него восхищение. Возможно, причиной была ее беззаветная преданность подругам, а может, то, как она отдалась магическому миру, в который была брошена. И полюбила его всем сердцем, несмотря на то, что далеко не всегда удостаивалась взаимного чувства.

А может, все дело было в том, как ее ресницы трепетали во сне и как легко и безмятежно она уснула между подругами. Сейчас в ней не чувствовалось ни тени настороженности, с которой она неизменно спорила или препиралась с Дарьеном. Но не только Лорен держалась настороженно, и не ей одной было присуще упрямство. Воплощенным упрямством был и сам Дарьен, хотя не всегда признавал это даже наедине с собой…

А Лорен Калла была прекрасна настолько, что порой у него слабели колени. Он ставил это в заслугу ей, а на него, с пятнадцати лет ломающего черепа взрослым мужчинам и демонам, мало что могло произвести впечатление. И еще реже случалось, чтобы его поразило не что-то, а кто-то. Пару раз он состоял в почти настоящих отношениях, один раз – в настоящих, имел достаточно связей на одну ночь, но это… С этой девушкой все было по-другому – по причинам, в которых он пока еще не разобрался. Ему постоянно не хватало ее – того, как она слегка запрокидывает голову, когда смеется, как морщит нос, когда он ее дразнит, как вспыхивают ее глаза каждый раз, когда он входит в комнату. Как будто ей есть дело до его присутствия.

Наблюдая за ней сейчас, он начал чувствовать себя извращенцем, поэтому выпрямился в кресле, несколько раз нажав на подставку для ног, пока она не опустилась со щелчком, встал и вышел на веранду покурить. Через кухню он шел, затаив дыхание и отмахиваясь от мух, которые все еще вились над волчьим сердцем. Только на веранде он сделал глубокий вдох и услышал, как за его спиной хлопнула дверь. В теплом осеннем воздухе разносился стрекот цикад.