Книга Жестокие тайны, страница 44 – Морган Бриджес

Делайла: Нет. И даже если бы смотрела – не призналась бы.

Ксавье: Не пропустила, случаем, момент, где ты сталкер?

Делайла: А ты – тот, где я называю тебя придурком?

Ксавьер: Верно. Но это почему-то не мешает тебе со мной разговаривать. И запомни – предупреждаю в последний раз: держись от меня подальше.

Делайла: А если не захочу?

Ксавье: Тогда мне пришлось бы уведомить администрацию, что ты меня преследуешь. Что ты следила за мной и сексуально домогалась на парковке и что вы с подружками вторглись на территорию братства.

Делайла: Да пошел ты…

Ксавье: Обязательно, только чуть позже.

Делайла: Тебе ни сейчас, ни позже не светит.

Ухмыляюсь в темноте. В девчонке пылает пламя, которое мне не терпится укротить. Пускай в процессе она меня обожжет – к боли мне не привыкать. По крайней мере, оно того стоит.

Итак, Делайла в безопасности, мое предупреждение доставлено, и я направляюсь к дому братства. Как и ожидалось, нахожу там кучу парней, алкоголя и громкую музыку.

Не обращая ни на кого внимания, иду к комнате Эрика. Стучу в дверь и отступаю на шаг, ожидая, когда он откроет.

И вот он стоит на пороге, щурится, но я все равно замечаю расширенные зрачки.

— Донован.

— Гейдж. У меня к тебе пара вопросов, на которые тебе придется ответить.

— С хрена ли?

Он пытается захлопнуть дверь, но я успеваю просунуть в щель ботинок.

— Сегодня ты пытался кое-кого убить, – негромко начинаю я. – Я узнал твою машину. Это Орден тебе приказал?

Эрик замирает.

— Какая разница? Я поклялся не разглашать тайны. И ты ни хрена от меня не услышишь.

— Детали меня не интересуют. Скажи только, Орден ли отдал приказ.

— Отвали.

Я наклоняю голову, сдерживая закипающее раздражение.

— Не нарывайся, Гейдж. Особенно когда ты под кайфом.

Но Эрик, подогретый наркотой, смотрит на меня с вызовом:

— Серьезно? И что ты мне сделаешь?

— Выбью из тебя нужную информацию, – недрогнувшим голосом отвечаю я. – Притом сделаю это медленно. И очень больно.

Это не угроза. Это факт.

Он хмыкает и растягивает губы в самодовольной ухмылке:

— Попробуй, урод.

Я молча киваю, принимая вызов. Повисает напряженная тишина.

— Без проблем.

Быстро шагаю к нему и ударяю в живот так, чтобы вывести его из строя. Эрик в шоке таращит глаза, из легких со свистом вырывается воздух. Пытаясь вдохнуть, он отшатывается, зажимая живот руками.

И вот в его глазах уже пылает ярость. Он с рыком бросается на меня, пытаясь застать врасплох и ударить плечом в грудь. Но я перехватываю его и, используя его инерцию, разворачиваю в противоположном направлении. Эрик, сжав кулаки, снова набрасывается.

— Если не успокоишься, тебе конец, – предупреждаю я. – Сам знаешь, из-за дури с координацией у тебя не очень.

Эрик неуклюже замахивается, и я легко уклоняюсь от удара. Он один из лучших бойцов среди наших солдат, но сейчас не может быстро реагировать и двигаться точно. Правда, есть у него и преимущество – наркота притупляет боль.

Я бью его ногой в живот, и он отлетает назад. С трудом удержав равновесие, снова кидается на меня. В безумном взгляде горит ярость.

Несколько минут мы отчаянно деремся. В комнате слышно лишь, как сталкиваются наши тела, как мы лупим друг друга и сдавленно стонем.

Наконец мне удается заехать ему в висок, Эрик пошатывается. Я хватаю его, швыряю в стену и прижимаю предплечьем горло.