Книга Ценный груз, страница 169 – Крис Велрайт

Нежные и теплые губы наложницы коснулись лица Дэмина. Сначала жар тронул висок, потом скулы. Опускаясь все ниже для того, чтобы их дыхания встретились. Когда они соединились в жадном поцелуе, последней вспышкой здравого смысла Дэмина было подброшенное разумом воспоминание о бледных и окоченевших кистях рук госпожи Сюэ, которая неподвижно застыла в стенах морга.

Гладкая и полностью чистая кожа запястий.

Дэмин проснулся, ощущая невыносимую тяжесть в теле и сильную боль в голове. Словно на него обрушилось здание, и он был погребен под его обломками, не в силах сделать глубокого вдоха. Он с трудом открыл глаза и сквозь пелену дурмана увидел знакомые очертания своих покоев. Солнечный луч слабо просачивался сквозь плотную ткань занавесок и тонкой линией тянулся к основанию стены. В воздухе кружились едва заметные золотые пылинки, которые исчезали, когда пересекали границу солнечной линии, растворяясь в полумраке.

Дэмин попробовал пошевелиться. Если он в своей комнате, то отчего так тяжело? Он с трудом повернул голову, чтобы рассмотреть предмет, который придавливал его к матрацу. Поначалу было непонятно, что именно лежало на его грудной клетке и бедре, но, когда сознание наконец обрисовало четкий образ, он резко дернулся, вскочил и сбросил с себя ноги Мингли, который развалился вдоль кровати собственного господина.

— Что ты себе позволяешь? – возмущенно воскликнул Дэмин. Точнее, постарался воскликнуть, но голос оказался слаб.

Мингли недовольно открыл глаза:

— Я блюду покой своего господина.

— Убирайся немедленно, пока сюда не вошли слуги!

— Вот тебе и благодарность. – Демон не спешил вставать, сладко потянувшись. – И это после всего, что было?

Он усмехнулся и хитро прищурился.

— Мне сейчас не до шуток. – Дэмин массировал пальцами виски, пытаясь прогнать остатки дурмана.

— Это ты верно подметил. После того, что ты вчера натворил, нам обоим следует смеяться потише.

— Того, что я натворил, – тихо повторил Дэмин. Перед глазами всплыл образ томных глаз наложницы. Они были в столь непозволительной близости от его лица, что он даже ощущал ее дыхание на губах.

— Я чудовище… Я ничтожество… Я отвратительное животное.

— Ну, не льсти себе так, – постарался успокоить Мингли.

— Я обязан немедленно признаться брату в содеянном.

Мингли ловко скользнул на край кровати и схватил Дэмина за подол халата:

— Не следует так спешить, господин. Да и как ты собираешься ему сейчас об этом сообщить?

— Ты прав. – Непонятно, из-за чего именно, но воспоминания Дэмина будто плавали в тумане. Может быть, вино оказалось слишком крепким? Или волнения подточили силы и алкоголь так легко взял над ним власть? – Но, тем не менее, я обязан все рассказать.

— Рассказать что? По-моему, там и рассказывать-то нечего.

— Я повел себя, как… – Молодой судья замялся, не зная какое слово подобрать. – Как…

— Как юнец, который впервые оказался на столь близком расстоянии рядом с красивой женщиной-искусительницей и потерял контроль?

— Я потерял контроль. – Дэмин схватился за голову. – Я ничтожество.

— Да, ты потерял контроль, нажрался и отключился. Все по классике, первый раз, знаешь ли, не всегда бывает удачным… – Демон продолжал подливать яду, то ли нарочно, то ли искренне не понимая, что таким способом невозможно утешить сокрушающегося в постыдном поступке человека.