Книга Преподаватель, страница 63 – Юлия Хокка

Лужицы блестели, отражая все тот же желтый свет и чавкая под подошвами наших тяжелых осенних кроссовок. Ощущение, что спину жжет под чьим-то взглядом, меня не покидало, и я посмотрела на Машу, но она выглядела совершенно спокойной. Кажется, странные чувства ее не мучили.

«Успокойся. Тут никого нет. Перестань себя накручивать, вспомни, к чему это привело в прошлый раз, – строго приказала я себе, после чего ухмыльнулась. – Это привело к тому, что я оказалась в квартире Олега Сергеевича».

Вот только душа была не на месте.

— Может, быстрее пойдем? Мне как-то не по себе.

— Боишься, что нападут? Вроде не поздно еще, да и мы вдвоем. – Маша огляделась. – Да не бойся, нормально все будет, – заверила она, но шаг все же ускорила.

К счастью, подруга оказалась права. Домой мы обе дошли в целости и сохранности.

Утром на первом этаже университета я столкнулась с Ильей Владимировичем. Он поинтересовался моим самочувствием и негромко попросил не распространяться о случившемся. Извинившись за то, что заставила нервничать и испортила поход, я пообещала, что сохраню все в тайне.

— Ах да, ваш рюкзак с вещами у меня в машине. Сейчас заберете или после пар? Я сегодня тут до вечера.

— Лучше после пар, – улыбнулась я и, приложив пропуск, прошла через турникет.

— Я буду в кабинете, найдете тогда.

Обернувшись, я кивнула и поспешила в аудиторию. До начала первой пары оставалось мало времени.

Посреди лекции Вьюгина к нам заглянула Ксения Витальевна.

— Дорогие студенты, надеюсь, вы уже начали писать курсовые? – обратилась она к группе.

— Да, – послышался писклявый голос Рубиновой.

— Отлично. У Равиля Денисовича очень много нагрузки, ему еще ваши курсовые по экспериментальной психологии в следующем семестре проверять, так что эти, по клинической, вы будете писать с Олегом Сергеевичем.

Мое сердце екнуло.

— Он же совсем другие предметы ведет, – сказала Алина.

— У вас – да, но клиническая психология и ряд смежных дисциплин также входят в сферу его компетенций. – Ксения Витальевна сделала небольшую паузу. – Если возникнут какие-то вопросы, пишите, звоните, заходите в деканат. Все, Вячеслав Геннадьевич, извините. – Она покинула аудиторию.

Киса продолжил лекцию, но сосредоточиться на непонятном материале у меня теперь совсем не получалось. Еще и Рубинова шушукалась со своими подружками на задних партах. Конечно, теперь же она сможет даже чаще доставать ее любимого Шефера, вполне легально написывая ему с вопросами по курсовой. Я бы не удивилась, если бы она и тему поменяла на «Клинические случаи нездоровой тяги к молодым и горячим преподавателям».

Наступил день пар у Шефера. Встав пораньше, я сделала полноценный макияж, оделась и не спеша вышла из дома. Времени было достаточно.

Волнение сплеталось в животе тугим комком и не давало сосредоточиться ни на чтении книги в метро, ни на повторении изученной темы. Меня непрестанно мучил вопрос – как же Олег Сергеевич будет теперь ко мне относиться? Совсем озлобится и станет цеплять еще больше? Или, наоборот, смягчится? Из-за биполярности его поступков невозможно было строить какие-то прогнозы.

Я зашла в аудиторию за десять минут до начала лекции. Половина группы уже была на местах, остальные постепенно подтягивались. Сев за свою парту, я нервно заправила прядь волос за ухо, тут же выпустила ее и стала постукивать ногтями по столешнице, не сводя глаз с двери.