Книга Преподаватель, страница 257 – Юлия Хокка

Что-то меня прямо прорвало. Я выложила Олегу чуть ли не все, что думала о нашей дорогой и горячо любимой старосте, хотя старалась с ним лишний раз одногруппников не обсуждать – все же он наш препод, как-то неправильно это, неэтично. Просто накипело, на фоне нервов и стресса понесло. Больше всего бесило, что мы с ребятами знали, что Злата – мерзкая, трусливая крыса, а преподаватели в ней видели ангелочка. А что? Скромная малышка, учится хорошо, опрятная, так еще и староста. Пай-девочка. Ангелочек… Но это же не так! И это злило.

— Да уж… Ну а на фоне этого из-за злости или еще чего-то такого ты не пыталась… использовать наши отношения, чтобы припугнуть или вроде того, Марину или Злату?

— В смысле? – непонимающе нахмурилась я.

— Ты никогда не говорила им, что, вот, встречаешься с преподом, просто попросишь его, и он устроит сладкую жизнь?

Мне не нравилось, как выглядел во время этого диалога Олег. Очень отстраненный, закрытый и… холодный. В уютной машине было крайне неуютно находиться.

— Олег, ты чего? – Эмоции от непонимания, удивления, грусти, разочарования и злости, вызванные его словами, смешались в одно неприятное чувство. – Конечно же, нет. Что за вопросы? Я же не идиотка какая-то! Я бы никогда не стала говорить подобное, не подставила бы тебя! Да и при других обстоятельствах я бы такого не сказала – это не мои методы. Как… как ты мог подумать, что такое возможно? Ты что, думаешь, что в письме написана правда?

Как же было неприятно… Олег не доверял мне полностью, до сих пор не понял меня, не понял, какая я. От этого стало больно.

— Да, Лесь, не истери, прошу. Я же просто спросил, – недовольно произнес он.

— Олег, я не истерю. Я просто с тобой разговариваю. Извини, если в моем голосе звучат эмоции, я не виновата, что их испытываю.

Сжавшись в комочек, я отвернулась к окну. Хотелось просто исчезнуть из этой машины. Уж лучше бы и правда поехала к себе домой.

Тем временем мы неслись по Москве, направляясь к дому Шефера. На удивление ни в одну пробку пока не попали. Повисло неловкое молчание. Когда я вспомнила, что не сказала важную вещь, и начала произносить первую фразу, одновременно с этим Олег тоже решил что-то сказать.

— Я сказала…

— Прости…

Мы оба замолчали.

— Говори сначала ты, – уступила я, снова посмотрев в суровое лицо.

Шефер крепко сжимал руль, ледяной взгляд был прикован к серебристому автомобилю, ехавшему перед нами.

— Я хотел извиниться, – с искренним смиренным сожалением произнес Олег. – Прости, Лесь, я правда не должен был подозревать тебя из-за своего прошлого опыта. Я не должен был думать, что это твоя вина, что это не урод какой-то решил зачем-то испортить нам или кому-то из нас жизнь своим больным воображением, а ты сказала лишнего. Мне стыдно за это. Извини. Я неправ.

Стало очень приятно, что он попросил прощения. Вообще, это прекрасно, когда человек умеет извиняться и признавать свою неправоту, только сильная и разумная личность способна на это.

— Милый, я не злюсь на тебя. – Я коснулась его ноги, но без пошлого подтекста, только лишь с невинной нежностью. – Ты тоже извини, пожалуйста, что отреагировала слишком эмоционально. Просто мне стало больно и неприятно из-за недоверия, но я и тебя могу понять. Постарайся, пожалуйста, как-то проработать эту тему, хорошо? Ведь я не твоя бывшая девушка. Я совсем другой человек. И я правда ничего не говорила одногруппникам.