Книга Лис и Теа. Роквью, страница 74 – Яна Гаврилова

– Алистер, – на этот раз мама обращается ко мне, и я поворачиваю голову, – Я знаю еще слишком рано, но я чувствую, что должна сказать. Однажды…когда наступит время…ты встретишь девочку. Красивую девочку, с пылающими, как пожар глазами. Неважно сколько тебе будет лет. Ты полюбишь ее. Полюбишь так, что твое сердце едва ли сможет вместить все переполнявшие его чувства. Я прошу тебя, не отказывайся от нее. Что бы не произошло всегда выбирай ее.

Нежный мамин голос, проникает в самую глубь моего сердца, и я уже знаю, что навсегда запомню эти слова.

– Обещай мне, Алистер, – требует мама, – Обещай, что никогда не откажешься от своей любви, как бы больно и трудно тебе не было.

– Обещаю, – уверенно произношу пятилетний я, даже не до конца осознавая, что мама хочет от меня. Я просто очень сильно ее люблю и готов пообещать все, что угодно лишь бы она всегда вот так улыбалась, глядя на меня.

– Вот и хорошо, – мама сжимает меня в объятиях, – А я обещаю, что всегда буду рядом с тобой.

Знала ли мама в тот момент, что существуют обещания, которые невозможно сдержать? Знала ли она, что это будет одним из них?

Конечно, не знала.

Спустя четверть часа бутылка с вином опустела, бабушка с дедушкой вернулись, и мама отправилась за покупками.

Воздушные шарики еще долго продолжали раскачиваться на веранде.

Вот только…

…Птичка улетела.

Я резко распахиваю глаза и утыкаюсь взглядом в потолок своей комнаты. Никаких дурацких воздушных шаров и лишь горечь наполнившая горло. Вот, что я чувствую после сна. Так происходит каждый раз. Каждый раз я думаю о том, что, если бы я не захотел новые карандаши моя мать могла бы остаться в живых. Она бы не отправилась за покупками и не попала бы в логово монстра.

Я потираю ладонью то место, где изображена лиса и напряжение немного ослабевает. Я уже давно не видел снов, подобных этому. Точнее, воспоминаний. Они хранятся в той части моего сердца, которую я предпочитаю не тревожить. Не знаю, что происходит, но в последнее время, я очень часто вспоминаю о маме. Думаю, о том, как все сложилось бы будь она жива. Одобрила бы она мою идею жениться на Кори или ей бы больше понравилась другая девушка?

Разумеется, я никогда этого не узнаю, но мне хочется верить, что для мамы любое принятое мною решение было бы верным.

Я поднимаюсь с кровати и подхожу к окну. Рассвет совсем близко, и я уже вижу, как первые солнечные блики окрашивают небо. Так красиво и завораживающе.

И тут я вспоминаю о той девушке, чье имя совсем не Кори.

Теа.

Иногда, я задаюсь вопросом почему я встретил ее именно сейчас? В момент, когда мое сердце было разбито? Быть может это не самое страшное, что могло случиться?

Я провел с ней ночь, удерживая в своих объятиях от падения и несмотря ни на что это было прекрасно. Мне понравилось спать с ней рядом. Рядом с Теей мое сердце забывало о боли.

А потом я поцеловал ее.

Клянусь, я не собирался этого делать. Но потом я увидел Кори. Я испытал целый спектр эмоций от обиды до гнева и лишь прильнув к губам Теи я смог успокоиться.

Там, стоя на оживленной улице, я целовал ее так словно она была единственным напоминанием, что я все еще жив.

Я целовал ее так, как – будто мог любить ее.

Я возвращаюсь к своей кровати, чтобы достать из-под подушки свой блокнот с рисунками. Перелистываю страницы пока не натыкаюсь на изображение спящей девушки и ловлю себя на мысли, что хочу перенести ее на холст. Дать ей полноценную жизнь, потому что она заслуживает больше чем тусклые безжизненные листы потрепанного блокнота.