Книга Только рядом, страница 32 – Эве Лин, Арина Сноу

— Да… — выходит немного глухо.

Молчание, а потом серьезным тоном:

— Кукла, все хорошо?

В его голосе читается беспокойство.

— Да, вроде, — выходит, конечно, не очень убедительно, и Каменский сразу же понимает это.

— Ты обманываешь меня, Кукла. Я знаю тебя, поэтому спрашиваю еще раз: что случилось? — произносит с нажимом. — Я могу приехать и узнать все сам.

Только не сейчас!

— Нет, не нужно, просто… — начинаю мямлить.

— Он обидел тебя?

Сразу же понимаю, о ком он. Скорее всего, Влад уже знает обо всем.

— Нет, нет, — хрипло отвечаю я.

— Тогда…

И тут я слышу голос Филиппа, очень близко от себя. Резко оборачиваюсь и по его взгляду понимаю, что он слышал все.

— Кто это?

— Кто это?

Филипп возвышается надо мной, а я понимаю, что он все слышал. От милого парня, каким он был буквально только что, не осталось и следа. Он зол, особенно когда видит, кто мне звонит.

— Я… — не знаю, кому говорю.

— Кукла? — опять слышу голос из телефона, и тут Филипп вырывает у меня гаджет. Даже не успеваю что-либо сделать, когда он яростно орет в трубку:

— Не звони сюда больше!

Сбрасывает звонок, берет мою ладонь и вкладывает в нее мобильный. Я чувствую себя обманщицей, я не сказала ему о Владе. Думала, не нужно, ведь его нет в моей жизни. Но он есть, и я даже целовалась с ним. От осознания этого мне становится плохо и противно, противно от себя. Филипп не заслуживает этого, ему не нужна та, что не может расстаться со своим прошлым. Ему нужна та, что понравится его родителям, не предаст и будет любить только его. Люблю ли я? Уже не знаю, я запуталась… Тот поцелуй и появление Влада запутали…

— Как давно? — после непродолжительного молчания спрашивает он хрипло.

— Что? — не понимаю, о чем он.

— Как давно вы начали общаться? — хрипло повторяет он. Смотря на меня не так, как раньше, видя перед собой совсем другого человека. Возможно, так и есть, ведь любимые люди не предают. А я предала, целовалась с другим. И мне понравилось. А не должно было.

— С самого приезда, он заместитель Николая Федоровича, — тихо отвечаю я. — Поэтому мы иногда встречаемся.

— И как давно ты хотела мне это рассказать? — усмешка, но злая. Он сейчас словно комок нервов, вот-вот лопнет.

Молчу, так как не хотела, думая, что он не узнает, а потом мы уедем и больше не встретимся. Никогда. Но мои планы рушатся. Все рушится.

— Значит, не хотела?! — уже более громко. — Ах***, Ангелина. Ты приезжаешь сюда, встречаешься со своим бывшим и ничего не говоришь мне, а я, как дурак, схожу с ума по тебе!

— Я не думала, что мы будем общаться так часто. Николай Федорович болеет. Ты знаешь, как он дорог мне, нам приходится сталкиваться, но я не специально, честно, — говорю я, смотря на него с мольбой.

Я действительно не специально, но тот поцелуй…

— Ах, точно, старик, — усмехается Филипп, словно что-то вспоминает. — Я знал, что вам не стоило общаться. Возможно, как раз он вас и сталкивает. Не думала об этом?

Не понимаю, о чем он, что он вообще говорит?

— Ты знаешь, что Николай Федорович болеет…

— И идеально сталкивает вас! — из его голоса так и сочится яд. — Старик специально это делает.

— Прекрати, это бред! — тоже начинаю злиться.

Как он может говорить такое о больном человеке! Я видела, как Николаю Федоровичу плохо, это происходит каждый день. Он превозмогает боль. Как он вообще до такого додумался!