Онлайн книга «Меня не сломать. Развод»
|
— Вы меня слышите, Надежда Александровна? — Он чинит препятствия, отказывается разводиться. Откладывает заседания суда, черт бы его побрал. Он болеет, уезжает в командировки, то… еще что-нибудь… Стас оскорбляет меня, унижает, пытается сделать все, чтобы испортить мне жизнь. Мне продолжать? Его любовница, кстати, тоже не пылает ко мне любовью… — Ну… Может, муж понял, как сильно вас любит? Отказ от развода не является доказательством его причастности, – глуповато моргает следак, что-то царапая в блокноте. — У меня нет врагов, понимаете? Никто не стал бы… делать такое… Я настоятельно прошу вас проверить. Просто проверьте, и все! — Хорошо… Пожарные убирают инвентарь, предназначенный для пожаротушения: шланги, огнетушители, ведра, ломы… Петрович, уныло качая головой, спрашивает, когда можно приступить к уборке «пожарища»… Мы минимум на неделю закроемся, если не больше… Я всех растеряю, всех… Айгуль надо булки испечь для детского дня рождения, сладкие печенья и рогалики для гендер-пати… А еще… У меня куча заказов, но готовить их негде… Что теперь делать? К тому же Моисеев продлил со мной договор на поставки обедов. Филипповна с таким старанием готовит старикам, словами не передать… — Очаг возгорания потушен, – произносит тот самый паренек. – Пострадала только прихожая, там… — Простите, я снимаю это помещение, – взмаливаюсь я. – мы можем работать? Печки, вытяжки, столы, они… — Все целое, но у вас нарушена противопожарная безопасность. Акт я составил, передам начальству. Работать вы не сможете, пока мы не снимем арест. — А-арест? Какой еще арест? Мой бывший муж присылал к нам всякие проверки, все было в порядке. Послушайте, я… У меня столько заказов, что… — Гражданочка, запрет пожарной инспекции будет действовать минимум тридцать дней. Срок для устранения недочетов вполне реальный. — У нас все было в порядке. Это поджог, черт бы вас побрал! — Следствие проверит, – без особенных эмоций отвечает он. Филипповна тихонько плачет, обнявшись с Айгуль и Петровичем, а следак сует мне на подпись какие-то бумаги... — Надя, ты смотришь, что подписываешь? – доносится взволнованный голос Льва. – Привет, я за углом припарковался, черт те, сколько ехал... Дайте-ка... От Моисеева исходит неописуемое раздражение... Он с ним едва справляется, буквально тонет в нем... Если бы Стас или его курица оказались здесь, им бы не поздоровилось... — А вы кто, простите? — Адвокат. Что вы просите подписать мою клиентку? – грозно произносит он. – Она не будет подписывать отказ от претензий. Вы будете расследовать все, ясно? Надя, ты ничего не... — Нет, Лев. Я собиралась как раз все прочитать. Что теперь будет, не понимаю? Как я буду работать? Лев, давай отойдем на минутку, я... Мне нужно непременно войти в помещение, хочу все сама увидеть, я... Я едва на ногах стою... Ощущение, будто я выпила литр водки или коньяка... Меня шатает, руки дрожат, губы будто деревенеют... — Надюша, успокойся, родная. Придется смириться, переждать... Ну, иди сюда. Я люблю тебя, Надька... – шепчет он мне в губы, поглаживая щеки пальцами. – Мне очень жаль, что так вышло. Если хочешь, можете занять помещение у меня на заводе. Там их много, полно... — Нашел время в любви признаваться, – шепчу в ответ, снимая с его плеча невесомую пленку пепла... |